Неупиваемая чаша

Ко мне тут же подошел Дмитрий Иванович и, отведя меня к окну, зашептал:

– Я знаю Воротникова двадцать лет, начинал он простым бухгалтером, за все годы ни одного замечания, и потому уверен – только какие-то чрезвычайные обстоятельства, ядрена вошь, заставили его так поступить. К слову, у него никого, кроме матери, нет – ни жены, ни детей, потому воровать просто нет резона. Поэтому, прошу тебя, будь с ним поласковей, убеди его вернуться домой, а мы тут все уладим.

– Дмитрий Иванович, чем черт не шутит, а не может ваш Воротников быть в сговоре с бандюками? – спросил Павел.

– Не думаю, впрочем, в тихом омуте… Нет, навряд ли. Да, вот вам десять тысяч евро на расходы, – протягивая пачку денег, улыбнулся Дмитрий Иванович.

Тем временем Павел подошел к раскрытому окну кабинета и, немного постояв, позвал нас к себе. У автобуса по-прежнему толпились бойцы омона. Вдруг в милицейском уазике заверещала рация, и майор, выслушав кого-то, дал команду грузиться в машину.

– Мы спасены, спасибо, огромное спасибо, Паша, – потрясая ему руку, радовался мой дядя.

– Это не все, в Никосии нас встретит капитан местной полиции Николас Папандреу, кстати, родственник бывшего премьера, – улыбнулся Павел, – поможет найти вора, а дальше, как говорится, по обстоятельствам.

На другой день рано утром мы с Павлом были в аэропорту Шереметьево, и вскоре наш самолет взял курс на Кипр. Наше прибытие в славный город Никосию прошло тихо и незаметно: у трапа самолета не толпились журналисты, не вспыхивали блицы и не гремел военный оркестр.

Вместо всего этого, спустившись с трапа на кипрскую землю, я тут же увидел крупного седовласого полицейского капитана, державшего в руках маленький плакатик с нашими фамилиями. Это был типичный сорокалетний грек с мясистым носом, крупной головой на крепкой шее, в мятом мундире и с выпирающим брюшком. «Староват для капитана», – подумал я.

– Как вы догадались, я капитан Николас Папандреу, или просто Николас, – на чистейшем русском языке представился он, – мне позвонили мои московские коллеги, просили помочь в поисках вашего московского друга.

– Простите, капитан, мое любопытство, – спросил Павел, – но откуда вы так прекрасно знаете русский язык?

– У меня жена русская, – ответил Николaс, – а еще я учился в Московской школе милиции, – улыбнувшись, он провел ладонью по груди. – Россия вот где у меня. Пока вы летели, мы навели справки о вашем приятеле. Сегодня он в девять утра выехал из отеля «Паллада».