Неупиваемая чаша

 – Все, ребята, командуйте, а если кто зафордыбачит, едрена вошь, гоните в шею, я же иду закрывать цеха.

– Сеня, Антон, смотрите, – позвал Павел.

Мы выглянули на улицу: там у автобуса толпилось человек тридцать московских омоновцев.

– Картина Репина «Приплыли», – пробасил Антон, – клин им в жопу, а не завод. Смотри сюда, – ткнул он меня в бок, тыча пальцем в сторону двух десятков мускулистых парней. – Пашкина гвардия, но это еще не все, на заводе собралось около тридцати парней с бейсбольными битами, так что московским уродам придется туго.

Присмотревшись, я увидел, что между этими двумя группировками прохаживались милицейский майор и два бритоголовых качка, а чуть в стороне с безучастным видом стояли молодой человек лет тридцати в строгом темно-сером костюме и мужчина лет сорока плотного телосложения, смуглолицый, с черными глазами навыкат и толстым крючковатым носом.

«Судебный пристав и новый хозяин», – понял я.

– Входы и выходы на завод перекрыты моими ребятами. Вам, Дмитрий Иванович, надо все ценные бумаги упаковать и надежно спрятать, ну так, на всякий пожарный, – заявил Павел.

– Бумаги спрятаны, – улыбнулся Дмитрий Иванович и добавил: – Рабочие решили биться до последнего, а потому они еще с вечера упаковали всю заводскую документацию. Тем не менее, как бы нам всем, ядрена вошь, под напором судебной машины не пропасть.

– Не тот пропал, кто в беду попал, а тот пропал, кто духом пал, – гладя в глаза моему дяде, заявил Павел.

– Павел, – позвал я его, – что ты думаешь обо всем этом беспределе?

– Думаю, что за всем этим стоит какая-то бандитская группировка, а на заводе работает осведомитель.

Решение суда и кражу денег надо объединить в одно дело. Уверен, бандюки подкупили судью, запугали коммерческого директора и хотят прибрать к рукам завод, но как бы законным путем. Думаю, дальше будет еще хуже, уже сегодня-завтра на завод наедут налоговики, пожарники и прочие, – ответил Павел. – Кстати, Дмитрий Иванович, вы что-нибудь должны в бюджет?

– У нас текущая задолженность по налогам на сегодняшний день составляет около двадцати миллионов рублей, – ответил мой дядя.

– Прекрасный повод для вашего разгрома, – заметил Павел.

– Но что же делать? Деньги от потребителей поступят только через неделю-две! – с панической ноткой в голосе воскликнул Дмитрий Иванович.

– Драться, драться и еще раз драться! Чую, веселенькое дельце назревает, – хохотнул Павел и снова начал куда-то названивать по мобильнику.