Неупиваемая чаша

Здесь же я, потому что нам нужна ваша реальная помощь: пишите, звоните, зовите своих друзей, бейте морды, делайте что хотите, но помогайте, ядрена вошь.

– Дмитрий Иванович, ты че, в натуре? – пожевав губами, прохрипел Антон. – По-твоему, можно взять и присвоить себе чужую собственность? Да мы как возьмемся за них, да мы размажем этих уродов, смешаем с дерьмом. Наш город не кормушка для инородцев, мы не французы, своей терпимостью создавшие себе пылающую проблему…

– Дядя Дима, объясни толком, что происходит? – оборвал я Антона.

– Извини, племяш, я так возбужден, никак не могу прийти в себя, – хлопнул себя по лбу Дмитрий Иванович. – Сейчас расскажу все по порядку. Первое – уже месяц вокруг завода крутятся какие-то подозрительные кавказцы, пытаются скупать у наших бабенок акции, говорят, мол, скоро завод передадут в госсобственность, так что пока не поздно, продавайте свои бумажки. Второе – вчера вечером мы узнали, что с заводского счета исчезли 70 миллионов наших кровных рубликов, а вором оказался Воротников Петр Ильич, наш коммерческий директор.

Слушая дядю, я вспомнил Воротникова, маленького плюгавенького человечка, похожего на участника Куликовской битвы, который верно и преданно служил на заводе чуть ли не с его основания, не покинул его в те времена, когда завод был в долгах как в шелках, а зарплату не выплачивали по полгода и более. «Такой человек не мог просто так взять и украсть чужие деньги, тут что-то не так», – подумал я.

– Но и это еще не все, ядрена вошь, – продолжал дядя. – Некто Петров, из сибирской глуши, подал на завод иск о неуплате ему, как владельцу трех акций, дивидендов за последние четыре года. Его адвокат тут же предъявляет справку за подписью Воротникова о нашей неплатежеспособности в Бесовский суд, городка Бесово и он, этот суд, выносит решение о передаче завода во внешнее управление.

– Да-а-а… – протянул Павел. – Такие дела в одиночку не делаются, за этим стоят опытные волки, почуявшие жирную добычу.

– Точно, уже сегодня, как мне известно, на завод прибудут судебный пристав и внешний управляющий, – закивал Дмитрий Иванович.