Каждый любит, как умеет

А на другой стороне, где обычно пишутся поздравления, она прочла: «Приезжай, есть новости. Олег». Она впервые видела его почерк – грязный, корявый и торопливый.

У нее дрожали руки. Она с трудом удерживала руль, когда выезжала со двора. Лена ехала на ту квартиру, где они всегда встречались. Время было странное – пятый час утра. Но если он оставил записку, значит, ждет ее там.

А в пять часов ровно женщина сидела на прожженном старом ковре, неловко поджав ноги, и даже не пыталась встать. Из мебели в комнате были только стол, два стула и большой диван.

В сторону дивана она старалась не смотреть. Женщина боролась с тошнотой и мутной одурью, заволакивающей мозг.

Она приехала сюда без нескольких минут пять. Позвонила, ей не открыли. Подождав минуту, она попыталась открыть дверь сама и обнаружила, что замки не заперты. Вошла и увидела в комнате свет. Спросила: «Какие новости?» Сделала несколько шагов. Увидела на диване Олега. Он лежал на животе, свесив на пол испачканную кровью руку. Светлые волосы тоже были в крови.

Лене исполнилось уже тридцать лет, а покойника она увидела впервые в жизни.

ГЛАВА 2

Ей было тридцать лет. Последние восемь лет она прожила в страхе. До этого были долгие годы мучений, тайных желаний и любви. «Конечно, любви! – Она подняла голову. – Разве я ошиблась?! Не могла я ошибаться!» Почти половина ее жизни была построена на одном-единственном человеке, и вот теперь он уходил. Ему надоело прятаться от старых знакомых. Делать вид, что не узнает школьного друга.

Ему хотелось снова завязать отношения с матерью… С их общей матерью.

О своем отце Лена знала одно – его звали Сергеем. Фамилию – Алексеева – она получила от матери. Мать родила ее «для себя» – в какой-то момент она вдруг решила, что замуж не выйдет никогда. Родственники матери называли маленькую Ленку «продукт психоза». Ведь Женя была еще молода, вполне обеспеченна, только что защитила кандидатскую диссертацию по философии… Они как в воду глядели. Ленке не исполнилось и года, когда ее мать встретила подходящего человека.

Тот взглянул на «продукт психоза» сквозь пальцы, а когда Женя забеременела, без единого возражения на ней женился.

Бабки во дворе спрашивали шестилетнюю Лену, почему это она на братца не похожа. Девочка что-то мямлила, смущалась, убегала. Мужа матери называла не «папа», а «дядя Юра». Мать ей объяснила, что «папа» он только для маленького Толечки. Только многие годы спустя Лена, наконец, разобралась в этих сложных семейных отношениях.