Выживальщик. На островах

– Меня упрекала, что я тороплюсь в постель к Володе, а сама…

– Что же, я рядом с ним, как полешко, лежать буду?

– Ладно, будем считать, что появление Даши и Маши принесло тебе удачу в личной жизни.

– Ага. За что я им безмерно благодарна. У меня, как раз, комплект чистого постельного белья есть.

– Кровь на простыне будешь демонстрировать после первой брачной ночи? – ехидно прошептала Наташа.

– Да, ну тебя, – смущённо шепнула Лариса, но радостно улыбаться не перестала.

Глава VIII. Женщины мои

С первыми лучами утреннего солнца, лежащая в моих объятиях обнажённая Лариса, открыла глаза.

И улыбнулась мне ласково и счастливо. Гордо прошептала:

– Вот и стала я твоей женщиной. Если не считать, что сначала было чуть больно, то всё остальное – прекрасно. А в конце чуть с ума не сошла. Как от крика удержалась, не знаю. Так орать хотелось от наслаждения.

– Мне тоже пришлось сдерживаться.

– Но немножко порычал всё-таки. Хорошо тебе было, я же видела.

– Ещё бы! – и поцеловал торчащий сосок на белоснежной груди.

– Век бы с тобой рядом пролежала, но плита зовёт, – вздохнула Лариса, – ничего, дотерплю до следующей ночи. Ты теперь мой. А я – твоя.

Встала на четвереньки и поползла к выходу из палатки, с футболкой и трусиками в руках. Я не удержался и легонько шлёпнул по белой округлой попке. И поцеловал место шлепка.

Наташа тоже встала сегодня рано. Потому, как надо было поскорее сходить к дому. Умывшись, Наташа подошла к костру позавтракать.

Не говоря ни слова, вопросительно посмотрела на Ларису и та показала ей большой палец, поднятый кверху.

– Ясно, – вздохнула Наташа и принялась есть. Через полчаса мы уже шли по берегу, покурить я решил на ходу. Наталья надела на ремень шортов кобуру с газовым «Браунингом». Девчонки привыкли к оружию, я для практики дал им пострелять и из помповика, и из пистолета. Патронов от «Сайги» пожалел.

Шли мы быстро. К дому подошли, когда на моих наручных часах не было ещё и девяти часов утра.

Но Алексеич уже бодрствовал. Пока я таскал в тележку коробки с продуктами, он вызвался привести к нам мать Даши и Маши. Она явилась с опухшим лицом, нечёсаными волосами, заспанная.

– Одежду для Маши и Даши отдай, – потребовала Наталья.

– Консервов дадите, будет одежда.

– Ну, квартиру-то твою нам покажут, сами возьмём. А вот консервы покойникам ни к чему, – спокойно отрезала Наташа, доставая из кобуры «Браунинг». Клацнула затвором.