Иногда полезно иметь плохую память

 – И он вздохнул. «Что за странный фрукт этот Женя, – поражалась про себя Юлька. – Это же не парень, а моральный кодекс, переплетенный в бронированную сталь. Нет, так не пойдет…» И она сделала выпад:

– Прости, Женя, но неужели твою стыдливость могут оскорблять невинные шуточки? Что в них плохого? Обычное дело.

– Юля… – Он тоже, похоже, собрался с духом. – Ты меня не так поняла, просто я такой человек… Сколько раз уже убеждался, что бесконечные шуточки, ерунда всякая… Это очень опасно – в конце концов люди уже не могут сказать друг другу ничего, кроме всяких хохмочек… И это… Знаешь, это как-то снижает все отношения.

– Ты хочешь говорить исключительно о серьезных вещах? – Юлька вздохнула. – Знаешь, ты определенно понравишься моей маме.

– Я надеюсь на это.

– Ах, вот так? Но сначала ты должен понравиться мне.

– Но вчера, кажется, я…

– Не будь таким самоуверенным, – отрезала Юлька. – Вчера ты не читал мне нотаций.

– Твои слова надо понимать так, что ты отказываешься пойти со мной в кафе? – Голос Жени прозвучал сдавленно.

Юлька упрямо сжала губы. «Чуть-чуть я тебя помучаю, дорогой мой Макаренко», – мстительно подумала она.

– А если отказываюсь?

– Тогда, Юлька, я приеду, стану у тебя под окнами и заблокирую подъезд.

– Ты не знаешь, в каком подъезде я живу.

– Я знаю теперь даже номер твоей квартиры.

– Это уже угрозы?

– Пока нет. Но, Юлька, за что ты меня так щелкаешь по носу? Я хотел только слегка разбавить твой ернический тон.

– Ревнуешь?

– Ну! А ты думаешь, мне приятно разговаривать с тобой в точно таких же выражениях? Я что, только его заменитель?

– Но… Может, у меня такой стиль речи… И вообще… Ты слишком ревнив.

– Но ты говорила с ним вчера весь вечер. А со мной – почти губ не разжимала. Должен я сделать выводы?

– Губ не разжимала? – поразилась Юлька. – Стоп! Неправда. Ты несешь чепуху. Я болтала как оглашенная. Я вообще болтушка, если хочешь знать.

– Какие же?

– Агрессивен, нелюбезен, не любит шуток, дико ревнив, много о себе думает и рассуждает, как столетний дед.

– Это все?

– Да. – Хмурая Юлька слушала установившуюся в трубке тишину. «Сейчас он бросит трубку, так тебе и надо. Нельзя же говорить подобное человеку, даже если он слегка зануден.