Страницы минувшего будущего

Агата не соврала – ей и впрямь становилось спокойнее. Страх отступил, оставив лишь неприятное послевкусие и даже стыд за саму себя. Раскисла, словно барышня кисейная. А в жизни ведь и пострашнее вещи происходили.

Глупая ты, Волкова.

Это странно, но сладкий чай сделал своё дело – мозг заработал в привычном режиме, и показалось даже, что появилось пусть лёгкое, но всё же чувство бодрости. Осторожно подняв взгляд, Агата посмотрела на изучавшего кинутую Володей на стол газету Кравцова.

– Спасибо.

Взгляд тёмных глаз на мгновения замер на одном из множества печатных слов.

Володя вытянулся на своём стуле и замер в ожидании реакции. Казалось, минула целая вечность, прежде чем Денис оторвался от статьи и повернулся к Агате. Он смотрел молча, и сложно было разгадать, о чём думал в эти мгновения.

И одно лишь повторил, словно какой-то итог подводя:

– Привыкай.

Глава 5

Ветер рвал волосы. Пробирался под тёплый свободный свитер и остужал кофе. Шестой час утра встречал тяжёлым небом предрассветным и ледяными порывами, от которых деревья теряли постепенно желтевшую листву, а озеро покрывалось рябью.

Пара уток недовольно взмахивала крыльями и ёжилась, качаясь на лёгких искусственных волнах.

Над водной гладью серая дымка виднелась едва-едва. И тишина не давила на плечи.

Стрелки наручных часов неумолимо двигались, предрекая совсем скорый рассвет, и небо в эти минуты казалось особенно чарующим.

Улыбка тронула искусанные губы, и Агата сделала глоток, обхватив кружку обеими руками.

Седьмая ночь казалась особенной.

Впервые она заночевала здесь две недели назад, когда не успевала сделать подшивку репортажей в срок. Потом вошла во вкус. Чтобы окончательно не растерять приобретённые в институте навыки, приходилось изощряться, и в том охотно помогали: Валерка то и дело приносил из дома старые наработки на кассетах, а Володя тайком от Кравцова доставал из архива целые мотки плёнок с репортажами самых разных сроков давности.

И Агата вновь и вновь доводила допотопный проектор до огненной температуры, прокручивая материалы и цепко вглядываясь в уже давно знакомые лица.

Утка подплыла к самому краю озера и настойчиво крякнула. Пришлось кинуть ей кусок булочки.

Купольный крест храма сверкнул в сумерках. Утро вступало в свои права медленно и красиво.

Если бы только Агата умела рисовать!..

За спиной разом погасли фонари, ознаменовывая капитуляцию ночи окончательную.