Страницы минувшего будущего

Поначалу негромкие, едва различимые, затем всё громче и громче. Лязгнули засовы, тяжёлая дверь со скрипом отворилась. Первое, что бросилось в глаза – автомат наизготовку. Сколько раз уже приходилось под прицелом находиться, а всё одно, внутри словно переворачивалось что-то.

Вошедшему было лет тридцать или около того. Одетый в камуфляж, смотрел озлобленно, колко – глаза как-то слишком уж лихорадочно блестели.

Этого только не хватало.

– Ты, – голос резкий, грубый. – За мной.

Внутри всё сжалось болезненно, когда почувствовал на себе взгляд испуганный.

И лишь кивнуть сумел практически незаметно, в стену глядя и надеясь, что она бы поняла.

Послышалась тихая возня. Краем глаза видел, как медленно, с огромным усилием Волкова поднялась, как покачнулась, как едва не упала при первом же шаге. Но повернуться не смел, продолжая сидеть неподвижно, и только чувствовал скрип собственных зубов. А ещё почему-то просил, сам не зная, кого, об одном.

Чтобы не оборачивалась.

И она не обернулась. Молча вышла, согнувшись, и только волосы колыхались в такт каждому шагу – очень уж это запомнилось, когда он всё же посмотрел ей во след.

А, когда дверь закрылась, вцепился пальцами в волосы и зажмурился, подавляя стон.

Уверенность в том, что ничего дурного ей не сделают, была практически непоколебимой. Если бы хотели, не стали тянуть, да и послали кого-то посерьёзнее, а не пешку. Почему пришедший сразу был отнесён к данной категории? Высшие ранги крайне редко баловались дурью, оставляя это пушечному мясу.

Обдолбанными проще командовать. Уж об этом знать приходилось не понаслышке.

Но утешение было, мягко говоря, слабым.

Что, если он всё же ошибался?

Сомнения рвали все внутренности, резали их без ножа, а добивало осознание того, что поступить как-то иначе он, в общем-то, не мог. Не мог, потому что испугался.

Вот только не за себя.

И правила здешние знал слишком хорошо.

Сколько времени прошло? Полчаса, час? А, может, минут пятнадцать? Денис тщетно пытался считать про себя секунды, прикидывать, пусть хотя бы приближённо.

Сбивался очень быстро, потому что только одно в голове вертелось: что с ней делали сейчас? Пытался успокаивать себя, втолковывая мысль о том, что всё обойдётся, но тут же вспоминал самого себя девятилетней давности. Вспоминал и чуть не выл.

Когда услышал шаги, вскочил так резко, что едва не упал.

Волкова вошла, держа руки перед собой. Вошла точно так же, как и выходила – чуть покачиваясь и держа голову низко опущенной.