До Питера и обратно

Удивительно, но на все три из трех мы попали прямо в точку. Для ответа на последний вопрос он почему-то выбрал именно меня. Всю защиту я сидел невидимкой, а тут на тебе, давай, говорит, ты отвечай. Он открыл отчет, полистал, затем ткнул пальцем в формулу и спросил, как мы ее высчитали. Заметив потухшие взгляды своих товарищей по несчастью, я понял, что надежду на успешную защиту они потеряли. Только в итоге ответил-то я правильно. Вся моя бригада с облегчением выдохнула. Савин недовольно фыркнул, но слово сдержал, лабораторная работа была зачтена со скрипом.

Дома я никого не застал, когда вернулся из университета где-то ближе к четырем часам вечера. Отец был на работе на сутках, а мама, видимо, ушла в магазин. Но сегодня ей тоже на работу, в ночь. Поэтому-то билеты на самолет я купил так специально, и рассказать все родителям решил только в день перед вылетом, чтобы они не смогли меня остановить.

Усевшись на свою кровать, я стал думать, как буду признаваться, когда придет мама. Можно, конечно, было и молча улететь, а позвонить уже из Питера. Правда, это было бы апогеем наглости, которой меня никто не воспитывал. Пока я думал, все больше начинал волноваться, на сердце становилось неспокойно. В общем, то ли от это самого волнения, то ли от усталости за день я даже не заметил, как положил голову на подушку и отключился.

А когда проснулся весь в поту, то тут же вскочил на кровати, словно от ночного кошмара. Сердце колотилось как бешеное. «Проспал самолет. Забыл рассказать родителям», – мысли в голове крутились как заведенные. Наконец-таки додумался дотянуться до телефона и посмотреть время. Еще только начало восьмого. Выдохнул. Тем не менее времени для торжества нет, через десять минут мама должна уйти на работу. Признаваться надо либо сейчас – либо никогда.

Выбравшись из темной комнаты, я попал в гостиную. В коридоре горел свет. Из гостиной было слышно, как мама на кухне занимается последними приготовлениями.

Я зашел на маленькую кухню. И вправду, она собирала еду на работу и была почти одета, не хватало только обуви и куртки с шапкой.

– Привет, – поздоровалась она, ничего не подозревая.

– Привет, – невнятно ответил я, во рту у меня все пересохло.