Пришедший извне

Чуть дальше снова простирался лес. Макс достал из кармана телефон – сети не было. Он уже решил идти обратно, как вдруг у леса заметил какое-то движение. Присмотревшись, увидел молодого человека. Незнакомец махал ему рукой, подзывая к себе. Не раздумывая, Макс направился к нему.

Приветливое лицо парня располагало. У Макса мелькнула мысль, что где-то он его уже видел, ну или кого-то очень похожего на него.

– Вам нужно срочно уходить из деревни, – без всяких вступлений произнёс незнакомец.

– Не понял? Почему, и кто вы? – спросил Максим.

Тот в ответ улыбнулся.

– Скажем так, я местный житель, – ответил он.

– Житель? – спросил Макс. – Только не пойму, где живёте – в деревне, кроме бабки Анисьи, точно больше никого нет.

– От неё-то вам и нужно бежать, и как можно быстрее. Возможно, у вас ещё есть время и возможность уйти без помощи.

– Что значит возможно, не понимаю! Нас никто не держит. Сегодня ближе к обеду мы уйдём. Я просто жду, когда проснётся мой друг, и тронемся в путь.

– Ты не понимаешь, – продолжал парень.

 – И даже если расскажу, не поверишь. Пойдём. Повернувшись спиной к Максиму, он направился в сторону кладбища.

– Эй, постой, – только и успел крикнуть Макс. Спина незнакомца скрылась за деревьями. Любопытство взяло верх, и парень бросился догонять его.

Спустя какое-то время вдалеке замаячило уже знакомое кладбище.

Незнакомец меж тем не собирался на сам погост. Взяв чуть-чуть левее, он остановился и произнёс:

– Ты видишь остатки этой ограды? Когда-то ей было обнесено всё кладбище.

Сейчас лишь в некоторых местах можно понять, где была кладбищенская земля, а где нет. Так вот смотри – эта палка стоит за оградой погоста. Человека, над чьей могилой поставили этот знак, нельзя было хоронить на освящённой земле.

Максим стоял и не понимал ровным счётом ничего.

– Почему ты говоришь про палку, ведь это остаток от креста.

– Нет, – ответил парень, – это именно палка, осиновый кол. А теперь подними табличку, что валяется рядом с ним.

Наклонившись, Максим послушно поднял проржавелую табличку.

Год жизни разобрать было невозможно, год смерти был довоенным. Инициалы на табличке гласили: "Анисья Чернова".

– Ну и что это значит? – спросил Максим. – Похоронили какую-то женщину за оградой.

– А то и значит, что похороненная женщина – это бабка Анисья, у которой вы сегодня ночевали.

– Что ещё за шутки! Эта умерла, когда ещё война не началась, а старуха, приютившая нас, живее всех живых. Слепая только.