Последний изгой

Он редко выходил из дома, где ему помогала передвигаться молодая девушка, дочка одного из охотников, специально приставленная к старику.

– И земли новые открылись, и кочевники тут как тут, и нового изгоя нашёл, я правильно понял?

Я кивнул.

Старик покачал головой.

– И что же ты намерен делать?

Я пожал плечами.

– Для начала, расспрошу раненого. Как понял, мы с ним земляки…

Пока разговаривали, к нам заглянула бабка, одна из тех, что отвечала за медицину в Сорресе. Она что-то шепнула Малашке, которая ухаживала за Шушеном, и сразу же вышла.

– Что? – сказал я, чувствуя, что речь идёт о моем пациенте.

– Твой земляк очнулся, – подтвердил мои догадки старик. – Ступай к нему, после продолжим.

Упрашивать меня не пришлось…

На привычную мне больницу, маленький знахарский домик, где и происходило таинство лечения, походил мало. Здесь не было капельниц, операционных столов с лампами и требующих на лапу анестезиологов с хирургами.

Всем здесь заведовали две умудренных летами женщины, а также две девушки лет шестнадцати и двадцати, их ученицы.

Мой раненный соотечественник, лежал на простенькой с виду кушетке. Так можно подумать на первый взгляд, но на второй, становилось заметно лёгкое голубоватое свечение, исходящее от этой, нехитрой мебели.

Я то знал, как не первый год живущий здесь человек, что сейчас у больного шла медленная регенерации тканей, а прямо в мозг знахарок, транслировался ход этого сложного процесса.

Между тем тот обожженной кусок плоти, которого я с трудом дотащил на себе, выглядел гораздо лучше. Штыря в ноге уже не было, на его месте осталась повязка со следами запекшейся крови. Раненный с любопытством смотрел на меня, замершего на входе.

– Как себя чувствуешь? – сказал я.

– Ого, – оживился он. – Хоть кто-то умеет говорить.

Он указал на женщин.

– А то эти только молчат.

– Они работают.

Я прошел в помещение и, встав над единственным пациентом местной больницы, протянул ему руку.

– Сергей.

– Виктор, – ответил он на рукопожатие.

– Рассказывай Вить, кто ты такой и как здесь очутился. Я понимаю, что история будет не простая, но я спас тебе жизнь и со мной можно быть откровенным.

Пациент оценивающе посмотрел на меня. Во взгляде проскользнуло сомнение.

– Давай так. Я расскажу про себя, а потом тебя послушаю.