Алмазы Цирцеи

Елена подобралась и приказала себе успокоиться.

– Во-первых, номер вскрыт, – холодно заметила она. – Во-вторых, панно оттуда вывезли. Не вижу уголовщины в том, что мы зашли на минуту…

– Так, все ясно. – У Глеба Ивановича был вид человека, скорбящего над свежей могилой лучшего друга. – Иду писать докладную. А вы… Как вас?

Таким невежливым образом он обращался к Александре, которая наконец обулась и теперь рылась в сумке. Художница достала пачку сигарет. Чиркнула зажигалкой и пустила струйку дыма в грудь начальнику охраны.

Она еле доставала ему до плеча.

– Чего вам? – также неприветливо бросила художница в его сторону.

– Вы за это ответите! Что вы делаете ночью в отеле? Вы здесь не проживаете!

– Я здесь ужинала. – Александра пренебрежительно скривила губы. – Кухня у вас так себе, а цены жуткие. Не люблю Москву за это. За такие деньги я могла бы устроить банкет в лучшем кафе Мюнхена.

– Зачем вы заходили в 617-й номер?

– Даже не думала, – фыркнула та.

Удивительно – Елена видела, что художница наслаждается острым моментом. Сама она с трудом унимала мелкую противную дрожь в коленях. – Еще чего!

– Я видел, как она вышла оттуда! – вмешался услужливый Андрей Николаевич.

– Мало ли, что вы видели, – с недоброй улыбкой повернулась к нему женщина. – А я отрицаю.

– Это как? – Портье, обезоруженный ее наглостью, взглянул на замершую Елену. – Что вы тут мудрите? А вы, Елена Дмитриевна, тоже будете отпираться? Я же видел вас выходящей из 616-го люкса! Как хотите, а я перед следователем за ваши делишки отвечать не собираюсь! Еще надо узнать, кто убил этого несчастного бельгийца!

Елена молчала.

Отвечать правдиво она не могла и не видела в этом смысла.

Признаться в том, что взяла деньги, сознательно нарушила закон, помогла художнице проникнуть в опечатанный номер, да еще совершив при этом взлом? Глеб Иванович сделает все, чтобы ее уволить. Собственно, она уже может считать себя уволенной.

Ей было так плохо, что женщина попросту не могла защищаться. Зато Александра держалась вызывающе. Оглядев мужчин, она снова выпустила дым и язвительно произнесла:

– Кто убил бельгийца? Да ведь вам, господа, лучше знать. Убили его у вас в отеле, под носом у портье… У меня-то алиби. Двое грузчиков и шофер «газели» могут назвать точное время, когда я вышла из машины и вошла в холл отеля. Уж они не ошибутся.