Дуэт для скрипки и альта

– Отстань, Жека, – попросил сонно Грайзлер. – Партитуры свалили, когда ты окончательно напился, – нехотя пояснил он. – Зря ты это сделал, конечно, Лена, кажется, была ничего.

– Кто её пригласил, не помнишь? – поинтересовался Стелькин.

– Она сказала, Петухов, духовик, – ответил Миша. – Он на нашем курсе учится, если хочешь, я сегодня его поищу в институте.

– А ты что, прям сегодня в Гнесинку собрался? – удивился Женя.

– Да репетиция у нас вечером важная. – Грайлер поднялся с кровати, подошёл к столу, налил из чайника воды и стал жадно пить.

– Представляю, – Стелькин хмыкнул. – У тебя такой сушняк, ты же ни одной ноты не возьмёшь.

– Должен, – вздохнул Миша, снова беря стакан с водой. – Иначе не видать мне Германии как своих ушей, а мне позарез надо, ты же знаешь, мама болеет, отец один на трёх работах крутиться, а я тут бездельничаю.

– Понимаю, Мих, может и выгорит загранка. Слушай, а Лена, вроде, была ничего, – повторил Женя.

Тем временем Лена Авдеева готовилась провести первую репетицию с оркестром гнесинской академии, а главное – с приглашённым дирижёром из большого симфонического, её собственным отцом. Папа Лены был известным музыкантом, много лет руководил коллективом, ездил по всему миру. Оркестранты называли его за глаза «наш Францевич», уважали и любили его, несмотря на всем известную строгость и нетерпимость Авдеева к пьянству.

Леночка была очень талантлива, на международных конкурсах занимала первые места, и многие профессионалы прочили девушке большое будущее. Семён Францевич был чрезвычайно горд успехами дочери, покупал ей дорогую одежду, отправлял отдыхать летом в Италию и не скупился на карманные расходы. Единственное, что омрачало его восторги, это то, что Лена как-то не особо стремилась делать карьеру. Её гораздо больше привлекала мысль о замужестве и молодые люди, с которыми Авдеев обходился безжалостно.

– Нет, нет и нет! – кричал он очередному ухажёру. – Ноги твоей больше в моём доме не будет! Ишь выискался, голодранец, ни кола, ни двора, а туда же, нос по ветру! Кобель!

Леночка краснела, жених исчезал навсегда, но через некоторое время на её любовном горизонте появлялся новый объект, и всё начиналось сначала.

Вчерашний поход в гнесинскую общагу по приглашению трубача Петухова взволновал Авдееву.