Родственные души

Пару пощечин… Вы ведь знаете, как это помогает…

– Но я… – врач стал поглаживать серую папку подушечками пальцев, как бы успокаивая ее. – Это не относится к моему методу. Мой метод – позитивная психотерапия. Возможно, вам поможет гештальт… Я не…

– Прошу вас…

– Еще раз повторяю: у меня другие методы. – Г ригорий Иванович притворно отвернулся, будто его отвлекло пение птиц за окном.

– Что ж, тогда простите, что побеспокоил. – Пациент пружинисто встал и вышел, прищемив дверью голос Григория Ивановича, что-то говорившего ему вослед.

Григорий Иванович хорошенько вымыл руки, посмотрел в окно, затем на рыбок в аквариуме, вздохнул, выдвинул ящик стола, достал бежевую кожаную тетрадь с надписью «Ежедневник наблюдений» и записал:

«Пациенты с ярко выраженными садомазохистскими наклонностями с трудом поддаются лечению, а если находят в себе силы признаться в недуге, часто в последний момент проявляют малодушие и ретируются…»

Доктор поставил многоточие и засмотрелся на свой каллиграфический почерк, который не переставал его радовать с самого детства.

Ему вдруг захотелось перечитать свои стихи, сочиняемые почти каждый день с другой стороны тетрадки, но… «В мире есть царь, этот царь беспощаден. Голод – названье ему…» – пробормотал Григорий Иванович, наклонился и открыл другой ящик, в котором лежал ничем толком не пахнущий и непривлекательный так называемый «сет», наполненный полезным низкокалорийным обедом, собранным женой, а рядом покоилась яичная булочка с сосиской, купленная им самим как приятное дополнение к «сету».

Григорий Иванович нажал на кнопку вызова секретарши. Анечка вошла тут же.

– Принеси-ка мне, пожалуйста, чаю с бергамотом… – Но секретарша затрепетала ресницами и ласково перебила его:

– Григорий Иванович, там двое ждут, хотели бы срочно.

– У них на который час?

– На два, но они хотели бы срочно.

Доктор глубоко вздохнул и медленно-медленно закрыл ящик с булочкой, грустно наблюдая за тем, как она исчезает из виду.

– Ну, зови…

В кабинет вбежала сухая старушка, а за ней, не спеша, вошла рыжая девочка-подросток, с толстым носом, буйными волосами и грустным взглядом под рыжими пушистыми ресницами.

– Докторунаспроблема, – без пауз проговорила старушка.

«Ясен перец, у вас проблема», – п одумал доктор, а вслух сказал:

– Прекрасно, выкладывайте.

Вместо ответа старушка водрузила на белоснежный стол двухлитровую банку варенья:

– Э то вам, доктор, черничное, для глаз. Перекрутка – свежайшая.