Жонглирующий планетами

Всю ночь он провел на ногах, но не чувствовал ни холода, ни усталости. Только сейчас он решил позвонить жене, которая, видимо, находилась в состоянии крайней тревоги, так как за ночь послала за ним двух или трех посыльных.

Ближайший телефон оказался в магазине продавца пианино в соседнем квартале. Хозяин, как и большинство его соседей, всю ночь пробыл в городе и как раз садился за столик с подносом из ресторана, когда туда вошел Бонд.

В тот момент, когда он открывал телефонную будку, в магазине что-то громко щелкнуло с музыкальным звоном.

Бонд, нервы которого были на пределе, подпрыгнул, а хозяин магазина выругался.

– Очередная струна оборвалась! – воскликнул торговец. – По-моему, у каждого проклятого рояля в этом магазине с прошлого вечера лопнула струна си-бемоль. Это из-за шумов в этом вашем проклятом здании.

Он перебрал пальцами полдюжины клавишных, пока не нашел одну, еще целую, и резко ударил по си-бемоль. Нота точно совпала с гулом сотрясающегося небоскреба.

Еще мгновение – и эта струна тоже лопнула.

– Платт-билдинг настроен на си-бемоль, – сухо заметил музыкант. – Каждый металл имеет свою ноту, знаете ли. Если бы вы ударили по этой ноте внутри здания, она заставила бы вибрировать весь каркас. Но ведь в последнее время здесь не играли духовые оркестры?

Мысль посетила Бонда как вспышка. Он вспомнил элементарные эксперименты по физике и законы вибрации. Подумав с минуту, он поспешил обратно на улицу, так и не прикоснувшись к телефону.

Возвращаясь к небоскребу, он взглянул вверх, и сердце его не выдержало. Риск был слишком велик. Огромный разрушенный каркас, казалось, раскачивался, почти нависая над соседними зданиями. Но, собравшись с духом, он пошел дальше, грубо протискиваясь сквозь толпу. Полицейские, узнав его, пропустили сквозь строй, но, увидев, что он приближается к разваливающемуся дверному проему, с криками побежали за ним. Но к этому времени он уже был на лестнице.

В последнее время Бонд не привык к большим физическим нагрузкам, но восемь пролетов круговой лестницы он преодолел бегом, не замечая их.

Толчки и раскачивание полов были похожи на жуткие толчки землетрясения. Сквозь проломы в стенах свободно лился свет, смешиваясь со свечением электричества в коридорах. Полы были завалены всевозможными канцелярскими принадлежностями, двери раскачивались. Здание выглядело так, словно его обстреляли, а затем разграбили.