Желтый дом на берегу океана. «Теперь у тебя есть ты»

Женщине очень хотелось, чтобы маленькая проказница признала ее за своего человека.

– Хочу, – Яра улыбнулась и, отцепившись от материнской юбки, шагнула навстречу. Прямо в раскрытые объятия Леты, чье сердце захлебнулось нежностью – в ту же секунду жизнь развернулась на 180 градусов и теперь она была уже не одна.

– Сколько ей? – женщина подняла глаза на все еще застывшую в дверях соседку.

– В сентябре будет уже пять, – юная мама улыбнулась так солнечно, что Лета невольно ответила тем же.

– Ой, так что же мы на пороге, – засуетилась хозяйка дома. – Заходите, заходите, девочки. Будем пить чай. Хотите, пиццу еще закажем, а то я что-то не готовила ничего. Заходите скорее, располагайтесь.

Аня осторожно, словно ожидая подвоха, скользнула в гостиную, села на самый краешек дивана и следила глазами за движениями своей новой знакомой – она резала домашний пирог и раскладывала его по тарелкам. Чайник насвистывал на плите беспечную песенку.

– Яра, что бы тебе дать поиграть? Может, порисуешь? – у Леты не было детей. Из «игрушек» – только декоративные подушки на диване да коллекция гномов. Хорошо, что в принтере есть бумага да пара маркеров завалялась в шкафу. «Надо будет хоть куклу купить», – машинально отметила она про себя, помогая девочке усесться за столом и раскладывая перед ней листы.

– Что вы, не беспокойтесь, Лета, – рыжеволосая соседка неслышно возникла рядом. – Яра может просто посидеть тихонечко. Правда, дочка?

Девочка вскинула на мать огромные глаза – такие же зеленые, как у Ани – и аккуратно отложила маркер, вытянулась стрункой, не говоря ни слова.

– Аня, да пусть рисует, скучно же ей с нами, – всплеснула руками хозяйка дома. – А мы пока чай будем пить.

Дверь в гостиную осталась открытой, чтобы слышать маленькую художницу. Женщины расположились в плетеных креслах, на маленький круглый столик аккурат уместились две цветные чашки – оранжевая для Ани и синяя для Леты – и тарелки с пирогом. С чего начать разговор? И стоит ли нарушать уютную тишину, которая как по волшебству разлилась между ними – так хорошо молчать, когда рядом кто-то есть.

Океан успокоился.