Литера «Тау»

– С ароматом белого лотоса или этого… таежного рассвета? – осведомился Ваня, осмотрев содержимое своих карманов.

– Ненужное эстетство мы оставим для Сальвадора Андреевича, – сказал Ансгар. – А все деревянное проще завоевать патриотической ностальгией.

Пачка «Таежного рассвета» – для личной гигиены, с добавлением натуральных ингредиентов – легла в очерченный мелом круг.

*

Пройдя вглубь между стеллажей, библиотекарь и посетители спустились по винтовой лестнице вниз на второй, а потом и на первый этаж, со стороны, противопопложной парадной лестнице.

Здесь располагались стеллажи металлические, с коваными бортиками, и казалось, было холоднее, чем наверху.

– Интересно, – рассуждал Ваня, – почему так много нельзя знать? Я понимаю, когда это нужно, чтобы не допустить человека к тайным силам, способным что-нибудь разрушить. Ну, в мире. Но ведь «Хребет реки», как говорит Ансгар Фридрихович, это всего лишь знания о природе вещей, которую нельзя изменить. Почему оккультистам нельзя знать правду?

– Если бы люди знали правду, – прошелестел Хельмар, – они не делали бы ошибок.

А людям нельзя не делать ошибок. Иначе сойдешь с пути. Путь человека определяется его выбором. Когда знаешь заранее, какой выбор делать – не сможешь проявить себя и понять кто ты. Абсолютное знание делает жизнь бессмысленной.

– Сейчас я делаю ошибку? – быстро спросил доктор Мерц.

– И очень большую, – безразлично кивнул Хельмар, погружая правую руку в карман пиджака. Жест показался Ансгару слишком уж профессиональным, и целое мгновение он ждал, что Хельмар сейчас достанет пистолет.

– Тогда, выходит, все правильно, и жизнь моя имеет смысл? – спросил Ансгар, готовясь, если что, броситься на пол и укатиться за стеллаж. Если, конечно, получится.

– Можно сказать и так.

Вытащив их кармана маленькую белую пуговку, Хельмар подбросил ее на ладони и сунул обратно в карман.

*

Подземное хранилище тайных знаний занимало довольно большую площадь. Нужный стеллаж был заставлен плотно, и искомые книги оказались рядом, в самом его центре.

Книга «Хребет реки» была серой, а «Русло горы» – черной с медным обрезом.

– Берите одну, – напомнил Хельмар. – И у вас есть час – до четырех вечера. А в половину пятого я закрываю библиотеку.

«Как будто она раньше была открыта» – подумал Ансгар, а вслух сказал:

– Надолго?

Хельмар пожал плечами.

– Не знаю.

– Я бы взял черную, – сказал Ваня. – Она как-то солиднее. Тем более, что вам ее советовал Саддам-книжник.