Ведьма

Смотри, во-первых, игры ж не только стрелялки есть, ты здесь не совсем честный пример взял.

– Ну а чего там еще есть? – с удовольствием ввязался я в спор. – Монстров мочить или всякие ахи-трахи типа «Симсов». Шняга сплошная!

– Да ладно тебе! – рассмеялся Вадик. – Есть, например, стратегии – ты же студентом играл в «Циву»? Есть карточные игры, есть познавательные…

– Ну, хорошо, согласился! Есть среди всей этой помойки и что-то интеллектуальное! Ну в основном же говно?!

– Говно? Да, если говорить об их полезности – для развития или чего там еще… Но смотри, ведь мы в своем детстве мечтали о таком говне! Вспомни эти глупые «электроники», где волк из «Ну погоди!» яйца в корзинку ловил.

Дни напролет же в них рубились! А говно ведь первосортное!

– Опять согласен! Была у меня такая штука! – с удовольствием я начал вспоминать беззаботные детские времена. – Помню, я ее в школу притаранил, парни готовы были что угодно отдать, чтобы немного пошпилить в нее!

– Так вот, смотри, получается, что без компьютеров нам было просто намного скучнее, – продолжал гнуть свою линию Вадик.

 – Вот мы и мучились с этой скуки, пинали балду, придумывали себе занятий разных. Кто в футбол во дворе гонял, кто по стройкам лазил, кто-то, как Леся, с куклами ролевые игры устраивал…

Он хотел еще что-то сказать, но я перебил его – не люблю, когда кто-то в компании говорит слишком долго.

– А сам-то ты чего делал?

– Я на пяльцах еще вышивала! – вставила свои пять копеек Олеся.

– Не поверите, – усмехнулся Вадик, – я задачки по математике на год вперед решал.

– Ну и смотри, вон, зато какой башковитый вырос! Правда, талант свой в землю зарыл.

– В смысле? – немного смутился Вадик.

– Ну, как краснодеревщик, который табуретки делает! – продолжал наступать я. – Или как Моцарт, который вместо того, чтобы сонаты свои сочинять, в каком-нибудь баре на скрипочке поигрывает!

Развивая эту тему, я собирался не только перехватить инициативу в нашем разговоре. Мне хотелось еще сильнее раззадорить этого нарочито спокойного «нового Вадика».

Не раз я уже предлагал ему великолепные места по работе, а он все их отверг ради совсем непонятных мне эфемерных ценностей.

– Не обижайся, но ведь и ты сейчас не сонаты пишешь, – клюнул на мою удочку Вадик. – Если использовать твою аналогию, играешь в чужом оркестре, пусть даже одну из первых скрипок.

– Уел, что сказать! – широко улыбнулся я, хотя эта аллегория с оркестром несколько задела меня.