До встречи в феврале

Устроила уже тройное покушение! На моё спокойствие своим арестом, на мою жизнь черничным пирогом, а теперь вот на мой ужин настырным парнем из доставки.

– Я ведь уже дал вам купон! – Зарычал я, распахивая дверь, и тут же смутился.

В ответ мне хлопал глазами совсем не парень из «Мистера Ши», а ладно одетый мужчина с до боли знакомым лицом. Он вообще не походил на доставщика в своей рубашке с серебряными запонками, в брюках с режущими стрелками и в туфлях, как минимум от Сен Лорана.

Мужчина не ожидал увидеть меня так же сильно, как я его.

– Но мне не нужен никакой купон. – В замешательстве проговорил он. – Мне нужна Эмма. Это ведь… – Снова взгляд на номер на двери. – Её квартира?

И почему всем вдруг понадобилась эта Эмма? Жизни с ней нет!

– Да, квартира её. – Как можно более спокойно ответил я. – Но она сейчас в отъезде.

– А вы?..

– Джейсон Кларк. Я её… – Жилец, арендатор, ненавистник? – Знакомый и временно живу здесь.

Не понравилось мне, каким взглядом одарил меня гость. В нём сошлось столько эмоций, что я аж похолодел, хотя в этом году декабрь в Лос-Анджелесе выдался особенно тёплым. Плюс восемнадцать по метеосводкам, а я холодел от глаз, леденящих любопытством, недоверием и даже ревностью.

Кто он такой, спрашивать я не стал, потому что большее любопытство питал к шанхайским пельменям, чем к этому парню.

– А когда она вернётся? – Не унимался гость.

– Не раньше февраля.

– А куда поехала?

– Послушайте. – У всего должны быть свои границы, а любопытство незнакомца было безграничным и настораживало. Если он так тесно общается с мисс Джеймс, то почему она не сказала ему, куда направляется и как на долго? – Позвоните ей и сами всё уточните. Не думаю, что имею право рассказывать посторонним людям о личной жизни мисс Джеймс.

Ноздри моего собеседника вздулись, как два паруса на ветру. Что-то взбесило его: мой отказ или упоминание о личной жизни мисс Джеймс.

– Посторонний, значит…

Ясно. Судя по всему, второе. И тут меня осенило. Не просто так этот парень показался мне знакомым. Голова из комода! Но на сей раз не в нарезанном крошеве, а в реальности, в коридоре перед моей дверью. Подавиться мне шанхайскими пельменями, если этот парень – не какой-нибудь бывший мисс Джеймс. От сильной любви тебя не нарезают на салат и не бросают кучкой гнить в шуфлядке.