Второй вариант

Помощник дежурного, цыганистого вида прапорщик по фамилии Волк, проводил его до кабинета командира, задав один-единственный вопрос:

– На гитаре не играете?

– Нет, а что?

– Учиться надо…

В кабинете из-за стола встал приземистый, затянутый в портупею, лобастый, узкоглазый подполковник.

Так состоялась первая встреча с Давлетовым. Тот вежливо и сухо поздоровался с Савиным, предложил стул и, словно по обязанности, произнес:

– Расскажите о себе.

О чем Савин мог рассказать, кроме того, что было в личном деле? Сообщил, что он из двухгодичников, что в армию призвали после института и что два года был командиром учебного взвода.

– В кадрах остались без колебаний?

– Так точно.

– Семьей не собираетесь обзаводиться? – опять сухо, словно и без интереса, спросил Давлетов:

– Нет.

«Нет» прозвучало поспешно, и Давлетов отреагировал на такую поспешность острым взглядом. За этим «нет» в жизни Савина маячила «королева в серебряных туфельках» – так когда-то величали на их курсе одну девушку с нервно-отзывчивыми губами.

В ту пору Савин бы ответил на вопрос Давлетова – «да». Но время меняет человеческие планы и заставляет принимать самые неожиданные решения.

– С жильем у нас пока туговато, товарищ Савин, – сказал командир. – Только вагончики. А теперь о ваших обязанностях…

Из того, что начальник счел нужным объяснить, выходило, что главное в обязанностях инженера – вовремя и без ошибок отрабатывать различные документы. Давлетов доставал из ящиков стола бумаги, вручал их поочередно Савину.

Посоветовал все изучить и разобраться. Вышел он от начальника, нагруженный инструкциями, графиками, наставлениями. На ознакомление со всей документацией дал ему Давлетов три дня.

На исходе второго Савин постучался к нему в кабинет и доложил, что ознакомился и разобрался.

– Самоуверенность – плохой помощник, – сказал Давлетов. – Доложите в двадцать ноль-ноль завтра.

Савин пробездельничал весь третий день, но срок выдержал и снова явился с докладом.

Выслушав, Давлетов удовлетворенно кивнул и стал пространно объяснять важность отработки каждого документа.

– Я хочу на трассу, – сказал Савин.

– У военного человека не может быть слов «хочу» и «не хочу». Он выполняет приказания, проявляя инициативу в их рамках.

Поселили Савина на улице Вагонной. Наверное, старожилам и придумывать не пришлось это название, потому что она сплошь состояла из вагонов, поднятых на чурбаки-подставки.