Дамдых (сборник)

– И как? Вспоминается? – Голос Суфии резко состарился.

– С трудом, – ответил деревянный мольберт. – Не спрашивай, зачем мне это надо… Я знаю, мне легче станет, если я хоть примерно вспомню. Это она спасала меня, когда я не решался в последнюю минуту. И тогда, на рельсах, она снова спасла меня, я будто бы в небе ее лицо увидел…

– А мне казалось, это я за тобой прибежала.

Шамиль выглянул из-за мольберта:

– Не сердись. Я всю жизнь на тракторе провел и не писал картин.

– Тебе никто не запрещал, – глухо сказала Суфия.

С ней снова медленно заговорил мольберт:

– Я сам себе запрещал. Потому что живопись связана с ней. Я приучал себя к тебе и не хотел это спугнуть.

Суфия отвернулась к стене и лежала неподвижно.

– Ты питаешься моими слезами. Тебе хорошо, когда мне плохо.

Она медленно развернулась к мужу:

– Знаешь что? У нас потому и не жили дети! Потому что ты ни минуты не любил их мать!

Шамиль вскочил, задел мольберт, и тот грохнулся. Суфия вжалась в подушку и подтянула к носу одеяло.

Но старик направился не к ней, а к швейной машинке. Схватил ее одной рукой и вдарил по маленькому деревянному столику. Столик ойкнул, Шамиль вдарил еще раз, столешница громко хрустнула. Затем машинка отлетела в угол.

– А я смотрю, ты ожил! – горьким голосом произнесла Суфия. – Как в старые добрые времена!

Шамиль посмотрел на жену волчьими глазами. Суфия уже приготовилась к пощечине, но старик взял со стула голубую, расшитую пайетками ткань и с треском разорвал на две половины.

Суфия схватилась за обе щеки и завыла, как от удара. Шамиль выскочил из дома вон.

Женщина отвернулась, тихонько заплакала и уснула…

Проснулась от монотонного стука – Шамиль мастерил ей новую столешницу.

– Сейчас Ирек детей привезет, – хмуро сообщил он.

Суфия поднялась с постели:

– Ты сказал им, что я больна?

– Амине надо пиджак школьный перешить.

– А со старым-то что?

– Мал, говорит.

Суфия взглянула на старую столешницу, которая лежала возле ног Шамиля.

Из трещины опасно торчали острые щепки. Шамиль поставил машинку на стол:

– Проверь, не сломалась ли. На вид вроде как раньше.

Суфия надела на Амину пиджак и залюбовалась ею, ведь внучка была так похожа на дочь! Теперь особенно: девочка тихо и верно превращалась в девушку.

– Тебе надо лифчик купить, – сказала Суфия. – Давай завтра съездим. Завтра суббота. Попросим отца, чтобы свозил нас в город.

Суфия лезвием распарывала шов.