Золотая орда

Это был всего лишь вопрос про мое здоровье, а мне чувствовалось так, словно Тимур спросил у меня про регулярность моего менструального цикла. А еще он знал мое имя.

– Спасибо, хорошо, – я повернула к нему лицо, и он посмотрел прямо на меня, – и спасибо за вкусный подарок.

Мужчина чуть улыбнулся и кивнул головой, а затем добавил:

– Это – всего лишь гостинец для приболевшей девушки.

– Он меня к чему-то обязывает? – сорвалось с моих губ. Боже, я была очень честной, но нечасто говорила то, о чем думала.

Тимур чуть сощурил глаза, впиваясь взглядом в мое лицо. Я несколько раз моргнула, желая скинуть с себя этот властный магнетизм.

– Нет, – произнес он.

Я промолчала, лишь облегченно вздохнула – и заметила, как шедший рядом со мной мужчина усмехнулся. На аллее было ветрено, и я поежилась. Внезапно, Тимур резко остановился и, протянув руку вперед, накинул на мою голову капюшон. Его движения были медленными, почти аккуратными.

– Почему?

И я спрашивала не про капюшон – и Тимур понял меня. Он опустил руку на мою щеку. Его шершавая, необычайно теплая ладонь, источала ласку и жар. Его кожа пахла мускусом и чем-то горько-сладким.

– Понравилась, – просто, без витиеватых слов и полунамеков ответил Тимур.

У меня перехватило дыхание от его слов. Я смотрела на него – потрясенная, неуверенная, непонимающая, какую игру со мной затеял этот мужчина.

– Идем, у меня не так много времени, – добавил он, и мы пошли по аллее.

Я никогда не гуляла вот так – со взрослым мужчиной. Прогулка с мальчиком, что был старше меня на год – не в счет. Я шла, не зная, что сказать, что думать после услышанного. Сама мысль, что я могу понравиться взрослому мужчине казалась мне бредовой. Ну не было у меня копны светлых волос, голубых глаз, четвертого размера груди, точеной талии и походки от бедра.

– Куда мы идем? – наконец, осмелилась поинтересоваться я, когда мы почти дошли до конца аллеи, к дороге.

Мужчина посмотрел куда-то вдаль, размышляя о чем-то. Я стояла спиной к дороге и резко обернулась, увидев, как на обочину припарковался черный мерседес. Страх пронзил меня с головы до ног. Сейчас меня утащат в машину, а потом пиши – пропала.