Между Западом и Востоком

Сколько придется лежать? Хорошо бы, если час или два. А если придется ждать до ночи? Надо думать не об этом.

Через какое-то время кровь может перестать течь сама собой. Еще на Аляске Балтик видел, как раненые звери, преодолевая боль, лежат, затем ходят и выздоравливают. Никто их не лечит. Правда, рядом был Особый Край… Балтик держал перебитый сосуд. Полкан молчал и лишь иногда издавал тихий короткий стон. Балтик страшно хотел помочь ему, но он не мог донести Полкана к нашим. А если их вдруг найдут японцы? Все равно.

Вдвоем легче.

… Как вихрь, Женя налетела на основные части. Сперва даже подумали, что она взбесилась, потому что она стала хватать всех и тянуть. Лишь чуть погодя увидели выроненные сумки.

Направление атаки было утверждено.

Женя старалась увести за собой хоть кого-то. Наконец ей удалось найти знакомых людей. В их отряде были кони.

– Чего она хочет?! Что? Где Балто? Ты хочешь показать!

На конях поскакали быстро, но не совсем туда. Женя металась у разбитых окопов. Потом услышала 2 голоса.

– Женя. Женя!

Она прыгнула прямо к ним.

– Как, как?

– Кровь почти не течет. Но, Женька, я готов умереть.

– Замолчи! – вот теперь Женя заплакала. Красноармейцы подняли Полкана и Балтика (он не мог встать на ноги. Его шея разрывалась). Их повезли в санчасть. Балтик успел увидеть, как через Халкин-Гол переправляются наши танки. В небе множество самолетов.

«Врежут по самой горе». Полкана лечили оперативно. Балтика и Женю никто не забрал и они всегда были рядом с Полканом.

Плацдарм удержался и развил наступление. Баян-Цагин был окружен, японцы пытались контратаковать, но безуспешно. В боях Красная Армия широко применяла механизированные части. Они были мощнее японских.

Победа наступила в сентябре. Друзей тогда уже направили в Советский Союз. Когда Полкана несли в санчасть, рана опять закровоточила, и первую операцию стали делать прямо на земле. Женя с Балтиком ужасно волновались (их не подпустили близко). Но Полкан успел прошептать:

– Женька, Балтик, не бойтесь.

И чуть заметно улыбнулся.

Были еще операции. Под коленом зажило и бок заживал, однако сама нога потеряла часть своих способностей. Она хромала и не позволяла много бегать с большой скоростью. Можно было промчаться, но недолго. Перед отправкой домой Полкан узнал, что его комиссуют. Люди говорили о нем и Балтике с Женей другие слова, научные, и даже красивые. Полкан понял основную суть, хоть и не имел медицинского образования.