Отель «Синяя Птица»

Одета она была в нелепое полупрозрачное платье из тюльки, которое также развевалось на ветру, почти как у Монро, и совсем не годилось для прогулок по горам и полям. Лицо. Лицо, как известно, зеркало души. Может быть. В данном случае оно было правильным, все пропорции соблюдены. Глаза большие серые, лоб на треть лица, нос прямой, не маленький, губы больше среднего, очень чувствительные, как говорят, к поцелуям зовущие, и подбородок не придраться. Шея Клеопатры, плечи женственные и грудь… Грудь – мечта поэта, хотя почему поэта, скорее всего, всех мужчин.

Большая, массивная, гордо выступающая, с крупными сосками, не обрамленная лифчиком. Она нависала в пространстве, и все, глядя на нее, забывали о времени. Ниже этих прелестей размещался черным пятном дорогой фотоаппарат – неземное счастье многих любителей переносить реальность на бумагу, так сказать, копировать образы.

– Простите, не смогла удержаться, такой ракурс, Ваше лицо излучало девственное счастье, за которым я охочусь почти год, его так трудно найти, но я знала, что найду и нашла.

Иван мысленно согласился с тезисом «девственное счастье» и даже счел это за комплимент.

– Здесь очень красиво и спокойно, не находите? – Иван встал и сделал шаг вперед. – Иван, – быстро представился он, – я только сегодня прилетел.

Иван явно заволновался из-за столь интересного и внезапного поворота событий. Он, конечно, хотел побыть один, подумать ни о чем, повитать в облаках, но встреча с прекрасной незнакомкой, да и еще пошедшей на контакт, да еще и в таком месте – эдеме, да еще и еще – даже в далеко идущих грезах, он не мог поверить в реальность этого события.

Незнакомка тоже сделала шаг и протянула руку.

– Наташа.

Иван спешно протянул руку вперед, сначала промелькнуло желание поцеловать ухоженную ручку девушки, но спазм стеснения, волнения и неуверенности позволил лишь пожать ее. Нежная кожа маленькой руки крепко обхватила руку Ивану и на мгновение зафиксировала пожатие.

– Иван, – еще раз он назвал свое имя.

Наташа улыбнулась мило по-русски.

Без зубов, просто губы растянулись, щечки поднялись, все лицо излучилось светом, стало еще приятнее.

– Странно так встретить в таком уединенном месте кого-либо. Прогуляемся? Я люблю одиночество, а Вы? – она взяла за руку Ивана и потянула вперед по тропинке в гору.

– Есть в одиночестве свои прелести, – ответил Иван, слегка удивленный неожиданным контактом.

– Например, – игриво спросила Наташа.

– Никто не мешает создавать свой мир. Идеальный.