Под управлением любви

Кто столкнул тебя с откоса,

не сказав тебе «прощай»,

будто рюмочку – с подноса,

будто вправду невзначай?

Мы давно отвоевали.

Кто же справился с тобой?

Рок ли, время ли, молва ли,

вождь ли, мертвый и рябой?

Он и нынче, как ни странно —

похоронен и отпет, —

усмехается с экрана,

а тебя в помине нет.

Стих на сопках Магадана

лай сторожевых собак,

но твоя большая рана

не рубцуется никак.

И кого теперь с откоса

по ранжиру за тобой?.

Спи, мой брат беловолосый,

стройный, добрый, молодой.

Гимн уюту

А. Пугачевой

Слава и честь самовару —

первенцу наших утех!

Но помяну и гитару —

главную даму из всех.

Вот он – хозяин уюта,

золотом светится медь.

Рядом – хозяйка, как будто

впрямь собирается спеть.

Он запыхтит, затрясется,

выбросит пар к потолку —

тотчас она отзовется

где-нибудь здесь, в уголку.

Он не жалеет водицы

в синие чашки с каймой, —

значит, пора насладиться

пеньем хозяйки самой.

Бог не обидел талантом,

да и хозяин как бог,

вторит хозяйке дискантом,

сам же глядит за порог:

там, за порогом, такое,

что не опишешь всего…

Царствуй, хозяин покоя:

праведней нет ничего.

Слава и честь самовару!

Но не забудем, о нет,

той, что дана ему в пару,

талию и силуэт.

Врут, что она увядает.

Время ее не берет.

Плачет она и сгорает,

снова из пепла встает.

Пой же, и все тебе будет:

сахар, объятья и суд,

и проклянут тебя люди,

и до небес вознесут.

Пойте же, будет по чести

воздано вам за уют…

Вот и поют они вместе,

плачут и снова поют.

«Не сольются никогда зимы долгие и лета…»

Не сольются никогда зимы долгие и лета:

у них разные привычки и совсем несхожий вид.

Не случайны на земле две дороги – та и эта,

та натруживает ноги, эта душу бередит.

Эта женщина в окне в платье розового цвета

утверждает, что в разлуке невозможно жить без слез,

потому что перед ней две дороги – та и эта,

та прекрасна, но напрасна, эта, видимо, всерьез.

Хоть разбейся, хоть умри – не найти верней ответа,

и куда бы наши страсти нас с тобой ни завели,

неизменно впереди две дороги – та и эта,

без которых невозможно, как без неба и земли.

«Ну чем тебе потрафить, мой кузнечик?..»

Ю.