Осада

Ситуация, в которой мы с вами оказались… Она патовая…

П е р в ы й в о и н. Какая?

Т р е т и й в о и н. Патовая. Это из шахмат. Шахматный термин. Значит безвыходная, безысходная.

П е р в ы й в о и н. А, понятно.

Т р е т и й в о и н. Тупиковая!

П е р в ы й в о и н. Я понял. Патовая.

Т р е т и й в о и н. Никто уже не помнит, по какой причине мы приплыли сюда и стоим под этими стенами. Каждый день мы теряем наших друзей и товарищей. Мы теряем лучших из нас. Так дальше продолжаться не может и не должно! Мне представляется, что у нас остался один-единственный выход, друзья мои… Мы должны попробовать начать договариваться.

П е р в ы й в о и н. Чего попробовать начать?

Т р е т и й в о и н. Попробовать вступить в мирный диалог.

П е р в ы й в о и н. Куда попробовать вступить?

Т р е т и й в о и н. Инициировать переговоры.

П е р в ы й в о и н. Чего сделать?

Т р е т и й в о и н. Иници… Ну то есть начать переговоры.

П е р в ы й в о и н. С кем?

Т р е т и й в о и н.

Ну с кем, с кем?

П е р в ы й в о и н. Ну с кем вести переговоры?! С кем?!

Т р е т и й в о и н (делает жест в сторону зрительного зала). С ними, с кем ещё?

П е р в ы й в о и н. С кем, с ними? С врагами с нашими, что ли?!

Т р е т и й в о и н. Почему с врагами? Зачем так?

П е р в ы й в о и н. А с кем?

Т р е т и й в о и н. Ну-у-у… С соперниками… С оппозицией.

П е р в ы й в о и н. А, с оппозицией? То есть ты предлагаешь прекратить нашу военную операцию под названием «Осада» и начать неизвестно какую операцию: «Куда-то там вступить»?

Т р е т и й в о и н.

Только не заводись, не горячись!

П е р в ы й в о и н. А я не горячусь! Я просто пытаюсь тебя понять. То есть ты предлагаешь забыть про наших павших друзей-товарищей, которые полегли под этими проклятыми стенами (делает жест в сторону зрительного зала). Забыть про наших раненых, про наших ветеранов, которые ждут нас с победой! Ты предлагаешь про это всё забыть и куда-то вступить? Да?!.

Нет, дорогой мой! Только победа! Нам нужна победа! Окончательная и бесповоротная! И вот когда мы пройдём сквозь эти стены, зайдём в этот проклятый город, прошагаем по центральной улице… Когда поднимем на их площади наш флаг! А они на коленях перед нами, в грязи, с вытянутыми вверх руками… Когда они нам тихонечко скажут жалобными голосами: «Мы сдаёмся», – вот тогда мы можем начать с ними разговаривать. Мы им скажем: «Давайте, ползите, ползите».