Лицей 2019. Третий выпуск

В нос крепко ударило мочой, в ногах путалось что-то живое и мягкое – подвальные кошки.

– Только бы трезвым его застать, – сказал Артём. – Башню по пьяни сносит – не пообщаешься.

На ощупь, спотыкаясь о ступени, они добрались до пятого этажа. Артём уверенно постучал кулаком в железную дверь секции.

– На лампочку бы, что ли, скинулись, – пробурчал Виктор.

– Ты прям как с Марса…

Дверь открыла пухлая и, судя по всему, нетрезвая женщина в сорочке. Уставилась мутным взглядом на мужчин, прохрипела:

– Кого надо? Чё-то не призна?ю никак…

– Нам бы Ивана, – вежливо обратился Виктор.

Женщина расплылась в улыбке, обнажив черноту редких зубов.

– А-а, Ваньку! Так он в психушке лежит. На ре-би-али… ре-а-би-ли-тации!

– И давно? – не удивился Артём.

– Давно-о-о! Кукушка съехала у него, вот и лежит. – Дверь резко захлопнулась, обрубив полосу света.

– Ну и гадюшник, – Виктор чиркнул зажигалкой. – Постой, я тут где-то знак анархии нацарапал. – Он стал водить слабым пламенем по стене.

Артём тихо улыбался в мерцающем свете – словно бы он стоял не в загаженном подъезде, а в церкви, – и с грустью вглядывался в причудливый “иконостас”.

Спустившись вниз, друзья молча потоптались у подъезда, присели тут же на лавочку покурить. Ждать было некого и нечего, кроме неприятностей. Город накрыла ночь. Со стороны цыганского посёлка выли собаки. Из подвальных окон тянуло ржавчиной и гнилью. Неподалёку смеялись подростки, ритмично выкрикивая слова, похожие на стихи.

– Может, это… по домам? – предложил Артём.

Виктор очнулся.

– Погоди, у меня, кажется, идея есть. – Он залез во внутренний карман пиджака и вынул документ. – Удостоверение лейтенанта полиции, – развернул корочки. – Как я тебе?

– Да так, не очень. Не видно же ничего, – прищурился Артём.

– Ношу на всякий пожарный, мало ли, – Виктор поднялся с лавочки.

– И что делать будем?

– Увидишь…

Друзья направились к компании молодых парней, сидевших за столиком в центре двора. Те оказались рэперами.

Место было не самое подходящее для тусовок. В некогда заводских общежитиях, а теперь коммуналках, квадратом окружавших двор, жили в основном спившиеся работяги, уголовники или такие чудаки, как Монтана.