О былом

– Теперь-то ты и должен веселиться, нет просящих – значит, все овцы твоей паствы живут мирно, точно ангелы…

Один из церковных экономов явился как-то встревоженный к Иоанну.

– Святой отец, тебя обманывают, твоею добротою пользуется много недостойных! – сказал он патриарху.

С недоумевающим видом посмотрел Иоанн на говорившего.

– Между нищими и убогими, которым ты так щедро раздаешь милостыню, я заметил немало девиц в хорошей одежде, – продолжал рассказывать эконом.

Иоанн только улыбнулся.

– Разве возможно подавать им милостыню? – спросил строитель с укором.

– Если вы – рабы Христовы и послушники смиренного Иоанна, ответил, наконец патриарх, то подавайте так, как повелел Христос: т. е. не смотря на лица просящих, не спрашивая о жизни тех, которые от вас принимают. Вы раздаете не свое, а Христово, а потому давайте так, как повелел Он.

– Но, святейший отец, для подобной раздачи не достанет имения церковного…

– Не хочу быть причастным к твоему маловерию, горячо возразил Иоанн.

В покои патриарха вошли в это время другие экономы церквей александрийских и с изумлением слушали слова Иоанна.

– Чтобы лучше убедить вас всех, – обратился он к присутствующим, – я расскажу вам, что случилось со мною, когда я только что вышел из отрочества. Это было на родном мне Кипре.

Утомленный данными занятиями с учителями, приставленными ко мне моими родителями, я крепко уснул и увидел сон.

Она близко подошла ко мне, слегка прикоснулась рукою к моему лицу, и я проснулся.

Изумленно взглянул я на Нее и спросил:

– Кто ты? Как осмелилась войти к спящему?

Радостная улыбка озарила Ее лицо. Она кротко посмотрела на меня и ответила:

– Я старшая дочь великого Царя…

Услышав это, я низко поклонился ей.

– Если будешь другом моим, – продолжала она, – то я испрошу у Царя благодать тебе, и представлю тебя Ему! Я пользуюсь у Отца моего могуществом больше других. Я свела его с небес на землю, я облекла Его в плоть человеческую.

После этого слова она исчезла.

Изумленный видением, я начал о нем размышлять:

В образе Девы явилось ко мне само милосердие; масличный венок, украшавший Ее главу, знаменует милосердие.