Интернат

Она рисовала животных, людей, природу, и, наедине с бумагой и карандашом, чувствовала себя почти счастливой… Но ее счастье длилось недолго, потому что приходил кто-нибудь из детей и мешал ей – вот и сегодня она была так поглощена своим занятием, что не заметила, как к ней подсел Антон Каменский.

Марина была в младшей группе, и Антон считал её своей собственностью, ему это казалось естественным и справедливым. Марина совсем не разделяла его мнение, всегда игнорировала его "а ну иди сюда", или "сделай то – сделай это", и это задевало Антона, даже злило иногда…

Он долго рассматривал её рисунок: – Это чо – лошадь?!

– А что – не видно? – ответила Марина, специально очень грубо, с надеждой, что Антон уйдёт и оставит её одну.

– Колбаса какая-то с ногами!

– Иди отсюда! – тут же отрезала девочка, – не приставай ко мне!

– Да я шучу, очень красиво, – вдруг примирительно сказал Антон. – А я не умею рисовать…

– Это легко, – немного помолчав, ответила она.

– Ты меня научишь? – спросил Антон

– Не знаю… – Марина недоверчиво посмотрела на него.

От этого Антона она натерпелась ещё в детстве. Когда она попала в детдом, Антон и Кристина были ещё в младшей группе, и никому не было от них покоя ни днём, ни ночью… Дети просто не знали, куда от них прятаться.

Днём они отнимали у других игрушки, ломали их специально…Всех, кого хотели – били, толкали, обзывали… Ночью Антону и Кристине тоже почему-то не спалось, они бесились, как могли, придумывали себе развлечения – мазали спящих зубной пастой или шампунем, орали в ухо – страшно вспомнить.

От их "шуток" Марина не раз рыдала, уткнувшись в подушку. Конечно, теперь Антон подрос и больше не издевался над ней – даже наоборот, относился к ним с Танькой очень хорошо, но она, наученная горьким опытом, всё равно по привычке ждала от него какой-нибудь гадости.

– У тебя глаза такие… – вдруг произнес Антон.

– Что? – Марина искренне удивилась. – Какие ещё глаза?

– Глаза у тебя красивые. Зелёные… как у кошки.

– А у тебя… как у собаки! – передразнила его Марина. От смущения…

На пороге появился запыхавшийся Женька Фролов.

– Гости приехали! Подарки! В актовом! – выпалил он и исчез, побежал оповещать остальных.

Когда они спустились вниз, зал уже был полон.