Сделай ставку и беги

И тебя в нашей советской школе не учили, что человек человеку друг, товарищ и брат? Не слышу!

– Да причем тут!

– Или, може, ты не советский человек? – последнее было сказано столь проникновенно, что водитель как-то разом оробел и даже скользнул взглядом по плечам, не проблеснут ли погоны. Погон не было. Но взгляд незнакомца все больше косил дикостью.

– Так ведь машину кровью перемажет!

– Зато не твоей кровью, – во вкрадчивом голосе сквозанул вдруг такой беспредел, что водителя перетряхнуло.

– Да я ничего. Я, если что … в комсомоле состоял. И в дружину три раза ходил, – помимо воли забормотал он.

– О, видишь. А скрывал. То есть простой советский человек? Как он, как я? Чего ж тогда стоишь, дурашка? Бегом подсоби девушке. Видишь, надрывается. А ты, здоровый бугай, вместо чтоб помочь, херню тут какую-то о комсомоле завел. Делом, делом надо доказывать!

– А сам-то чего ж?

– Я б, само собой. Но кто тогда машину посторожит? Пшел! Ошалевший автовладелец метнулся к кювету.

* * *

Через несколько минут «Жигули» свернули к многоэтажному зданию областной больницы.

– Только до ворот, – со скрытым облегчением предупредил водитель. – Дальше проезд запрещен.

– Кого везешь, зяма?! Давай прямо под шлагбаум, – сидящий рядом Иван надавил лапой на клаксон, другой рукой энергично принялся крутить ручку стеклоподъемника. Усилие оказалось чрезмерным, – ручка осталась в Листопадовой лапе.

– Не научились делать. Всё на соплях, – Иван отшвырнул ее на «торпеду». Водитель тихо заскулил.

Из будки показался сонный сторож.

– Живо подымай свою палку, тетеря! – не давая ему открыть рот, закричал Иван.

– Так чего это? Тут по пропускам, – сторож, пытаясь встряхнуться, всмотрелся в представительное лицо. Машина была незнакома. Лицо тоже. Но – было оно, несмотря на молодость, явно значимым и очевидно недовольным.

– Я замзавоблздравотделом Листопад! – напористо объявило лицо.

Шлагбаум начал подниматься прежде, чем сторож окончательно проснулся.

– Прямо из Афгана автостопом везешь? – съехидничал водитель.

– Мы своих героев на дорогах не бросаем. Во-он туда! – вдалеке светился подъезд с застывшими подле машинами скорой помощи.