Бог умер, да здравствует Бог

Ючке словно привидение двинулся за ним, при этом оставшись незамеченным ни Ольфой, ни Борфом, даже сам Дилфо боязливо вздрогнул, когда вдруг понял, что юноша по пятам следует за ним.

Как только Дилфо оказался на улице, он не стал торопиться исполнять повеления бабушки. Мальчик окинул взглядом широкую улочку, лежащую между рядами полуземлянок, которая сегодня была непривычно пуста, поднял взгляд к небольшому оконцу в жилом этаже своего дома и, убедившись, что никто за ним оттуда не смотрит, вместе с Ючке двинулся в сторону Овечьей долины прямиком к Торчащему зубу.

Глава 13. Собираясь в дорогу, не забудьте прихватить соседское добро

Спал я без сновидений, впрочем, как и всегда, и когда проснулся, чувствовал себя превосходно: сытный ужин, мягкая перина под боком, что ещё нужно для счастья усталому богу? Но как только открыл глаза, я понял, чего мне не хватало для полноценного блаженства – определенности. А передо мной на кривом стуле сидел источник моей нынешней жизненной нестабильности: госпожа Бо Ючке собственной персоной.

Богиня дремала, её смуглые руки свесились вдоль стула, а лохматая золотистая голова покоилась на груди, ну, то есть там, где у обычных богинь бывает грудь, чем, к сожалению, или же, к счастью, данная особа похвастаться не могла.

Как бы то ни было, я проснулся, снова был голоден, но ещё больше жаждал ответов, хотя бы парочки на первое время мне было бы достаточно.

– С добрым утром, солнышко! – заорал я что есть мочи, упуская из виду тот факт, что за окном была непроглядная темень.

Интересно, сколько я проспал? Не иначе сутки, раз я так свежо себя чувствую.

Ючке подскочила на стуле, сонно захлопала правым глазом, а потом, завидев и узнав меня, моментально приняла величественную позу, что было довольно смешно, учитывая её внешний потрёпанный вид.

– Наконец-то, ты проснулся, – заворчала Ючке, приводя свои лохматые золотистые волосы в некое подобие порядка.

 – Целый день тебя здесь караулю, думала, что уже и не свидимся до моего отъезда.

Караулит? Я бы на её месте давно бы себя разбудил. Чего это она вдруг решила со мной церемониться и дать отоспаться?

– Твоего отъезда? – уточнил я, плотнее кутаясь в теплое шерстяное одеяло, ещё пахнувшее овцой, что подарила для него свои кудряшки. – Значит, ты всё же решила оставить меня, как ненужный балласт, в Лотта, воспользовавшись моей неоценимой помощью.