Бог умер, да здравствует Бог

Вот не мог он выбрать более подходящее время? Сейчас нет никакого желания тратить на него ни секунды. Ладно, потом с ним разберусь, если ещё встретимся. Сейчас главное найти Ючке, остальное неважно.

– Рад встрече, – кивнул я рыжему надзирателю и отвернулся от него, собираясь двинуться вперед, но моё левое плечо опять подверглось нападению. И тут я взорвался, несильно, но возмущение моё было велико. Из меня рвалось всё, что накопилось за день:

– Что у тебя за привычка такая вечно тыкать чем-нибудь в людей! Отстань от меня, дай дожить спокойно мои последние дни.

На нас стали оборачиваться люди, они настороженно оглядывали меня, одетого в лохмотья, но увидев, что рядом со мной стоит человек в одеждах надзирателя, успокаивались и принимались сочувственно качать головами.

Мальчишка-надзиратель не ожидал от меня такой реакции, но оно и к лучшему: решит, что я сумасшедший, оставит в покое и даст мне спокойно уйти по своим делам.

– Чего ты разорался! – поспешил успокоить меня малец, встряхнув за плечо. – О какой старости идет речь? Тебе и двадцати на вид нет! Совсем свихнулся?

Ох, знал бы ты, сколько тысяч лет за моими плечами!

Но не об этом сейчас. Я решил продолжить ломать комедию и заставить его смутиться, чтобы он, наконец, отпустил меня:

– А нечего приставать к честным людям! Иди куда шёл, не о чем мне с тобой говорить!

Я попытался вырваться из его рук, но малец крепко держал меня за рубаху.

– Чего это ты меня прогоняешь? – усмехнулся надзиратель, скривив лицо в некоем подобии улыбки. – Ты забыл, что являешься нарушителем? Падение солнца не избавит тебя от правосудия, а ну, следуй за мной, надо ответить за свои преступления.

О, боги, какой же ты приставучий.

– Какие такие преступления? Люди добрые, тут клеветник! Он насильно хочет затащить меня в тюрьму, чтоб его! Помогите, люди добрые! – закричал я толпе, что собралась вокруг нас, но никто не откликнулся, только посмеивались.

– Да прекрати ты кричать! – громко зашептал мне на ухо мальчишка-надзиратель. – Зачем притворяешься и строишь из себя дурачка? Чего ты этим добиваешься?

– А кто сказал, что он притворяется? – послышался ироничный женский голос.