Пост сдал!

Например, от бессонницы. Ну не противозачаточные же! Роемся дальше. Так, это что ещё такое? Откуда это у меня? Бля, не у меня, а у неё! Это же я мысленно роюсь в содержимом её сумочки. Для выживания точно чего-то не хватает! Чего-то очень нужного, вот жизненно необходимого. Давай переберём кучу ещё раз.

Мы перебирали это столпотворение снова и снова – она руками, а я молча кивая подбородком. Но того, что искали, там не было.

Мы подняли друг на друга глаза. Она молчала, я тоже. Я отражался в её очках самым глупым выражением лица.

Тут бы звонку прозвучать, так всё затянулось. Или чтоб кто-нибудь чихнул. Но ничего не происходило. Или достала бы из недр чудо-горы пистолет «Беретта» и выстрелила мне в лоб – хоть что-то хорошее произошло бы. Но откуда в сумочке советского преподавателя марксизма-ленинизма пистолет? Светлана Владимировна перевела взгляд на убитую птицу-сумку, я ждал развязки.

И тут она улыбнулась той самой улыбкой, которая озаряет лица кладоискателей.

Светлана Владимировна хищным движением вонзила руку в пасть Молоху, произвела пальцами гинекологическое движение и вытащила тот самый серо-зелёный бумажный цилиндрик.

– Вот! На прошлом занятии вы спрашивали: является ли рубль свободно конвертируемой валютой? Сейчас я вам всё объясню и покажу. Итак, доллар.

На этих словах проснулся даже портрет Нахимова над доской.

Доллар! Мы сейчас все увидим врага в лицо! Это тот самый бакс, за который отдавала своё тело горячим финским парням героиня повести Кунина «Интердевочка»! Это то, о чём патриоту говорить запрещено, особенно патриоту, готовящемуся защищать Родину до последней пяди, локтя и остальных органов.

Несмотря на то что Севастополь был крупным портовым городом, настоящая валюта, то есть доллар, присутствовал в домах только в качестве сувениров. И любоваться им могли лишь хозяева: любая демонстрация его посторонним людям грозила приходом в квартиру швондеров и прочих угрюмых проверяльщиков.

Светлана Владимировна распрямила спину и стала торжественно разворачивать серо-зелёный транспарант. За задними столами привстали.

Развёртывание вражеского символа происходило прямо у меня над головой, я даже видел водяные знаки. «Её посадят», – пронеслось у меня в голове. Хотя у неё есть алиби: это наглядное пособие.