Спастись еще возможно

 – И кто этот Скок? Судя по погонялу – вор из славян, но едва ли авторитет, иначе был бы на слуху… И как его все-таки пробили? Без конторы едва ли обошлось…»

– Эй, эта, – дернул он проходящую мимо стола официантку, – принеси от шефа трубку, скажи для меня.

– Сейчас, – девица тут же убежала к директору заведения: такому клиенту лучше по пустякам не отказывать.

Свою трубку он закинул в бардачок автомобиля – какой теперь с нее прок? «Но это мелочи, – он попытался упорядочить свои мысли, – а вот насколько серьезна предъява этого Скока? Надо попробовать его пробить по всем каналам: и через братву, и через ментов…» Прямой переполнялся раздражением и гневом: хотелось двигаться, действовать, куда-то бежать, но он сдерживал себя, понимая, что можно напортачить.

Он чувствовал своим волчьим чутьем, что дело заваривается серьезное, наскоком его не решить – это не лохов каких-нибудь там разводить. «Может, сдернуть?» – среди прочих мелькнула и такая мысль. «Нет! – эту дверь Прямой для себя сразу закрыл. – Нет! Слабину давать нельзя – потом не очистишься!» В кровь плеснуло адреналином, мышцы заиграли в предчувствии боя. Накатила злость: «Разорву!» Он встал, потянулся своим сильным, словно звериным, телом и неспешно двинулся по залу.

На его пути, по правую руку, за столиком сидели два приблатненных пацана, баловавшиеся ершом – дешевое «Жигулевское» местного разлива плюс местная же водочка. Медленно попивая это убойное пойло, они заметно уже охмелели – да много ли и надо пацанам? Будто кто-то дернул одного из них за язык и он, на свою беду, браво окликнул Прямого:

– Эй, братан, иди, нальем.

Прямой повернул голову и окинул взглядом их столик: кроме двух полупустых кружек пива перед ними ничего не было. Он резко подошел и оперся кулаками о край столешницы. Молча, в упор, словно выстрелил, посмотрел на обоих. Несмотря на хмель, пацаны разглядели в его темных глазах что-то безжалостное и жуткое.

– Ну? – процедил Прямой, и желваки на его скулах задвигались туда-сюда.

Пацаны скисли. Один, пытаясь что-то исправить, достал из-под стола припрятанную там бутылку водки.

– Вот, у нас есть! – показал он и беспомощно замолк.

Прямой медленно потянул из-под его руки пивную кружку, также медленно занес ее над его головой и неспешно вылил содержимое на стриженную маковку; потом молниеносным движением ударил пустой теперь кружкой по обтекающему пивом черепу. Раздался хруст и звон битого стекла. Пацан, заливаясь кровью, рухнул на пол. Второй выскочил из-за стола.