Территория невероятностей. Nigredo

Хорошо, что хоть водителя, Генриха, нам выдал Комитет – ничто не помешало весело провести время в дороге, распивая вкуснейший ликер. В общем, когда мы нашли похитителя в Закопане, явившись под его дверь, заметенные снегом, замерзшие и не очень трезвые, мужчина был в шоке настолько, что чуть не вызвал полицию, а удостоверения Комитета у нас вырвал и выкинул в сугроб. После ужасных десяти минут объяснений, кто мы такие и откуда, чемодан таки нам выдали, потому как мужчина оказался не коварным похитителем, а просто человеком рассеянным, и все пытался придумать, как бы этот самый чемодан вернуть.

Мы вернулись обратно к машине – и обнаружили Генриха на переднем сидении без сознания.

Что тут началось, вообще вспомнить страшно. Кажется, я сразу решила, что Генрих мертв и уверилась в том, что в его кончине обвинят меня. Почему я так подумала – и сейчас не понимаю, наверно, совсем отморозила мозги. Позвали мы чемоданного похитителя, притащили Генриха к нему домой и давай поочередно с Майло его откачивать разными заклинаниями.

Водитель пришел в себя, рассказал, что забыл с утра выпить свои таблетки от давления, вот и отключился в жарко натопленном салоне, скажите спасибо, что не по дороге. Ну, кому в жарко натопленном, а кому в холодном, как склеп… Сейчас я об этом вспоминаю с содроганием: в ту ночь я изнылась, как капризная малолетка в «Детском мире».

В общем, все мы втроем заночевали тогда у невольного похитителя чемоданов. Полночи все вместе просидели на кухне, смотрели на метель за окном и болтали на философские темы.

Утром вернулись домой, довольные, ну и с чемоданом Новака.

С тех пор мы с Майло подружились, все же такие поездки, совместные приключения и стресс укрепляют отношения. Да и понравилось мне, что и в мороз он не ныл, и во время всех этих разборок не растерялся – я-то могла только мямлить, выдавая нетрезвую медлительность за степенность профессионального контролера…

Мы проверили еще десяток квартир и отправились на улицу.

– Тебе повезло, что ты работаешь там же, где живешь, – заметил Майло.

Мы остановились: мой подъезд был в двух шагах, а напарник жил чуть дальше, в кирпичной десятиэтажной башне за углом.

– Не говори, – я вздохнула и потянулась, задрав голову: ветер сегодня был сильный, и тучи плыли надо мной, как стая пухлых белых рыб, – Хотя я и так устаю от всех этих обходов ужасно. Прихожу домой и сразу валюсь на кровать, как старушка.

– Или топаешь в бар, – ехидно заметил Майло и почесал свое круглое пузо.