Песни. Стихотворения

 —

Ведь нас не сломила стихия,

Так голод ли сломит ли нас!

Забудем про пищу – чего там! —

А вспомним про наш взвод солдат…»

«Узнать бы, – стал бредить Федотов, —

А что у нас в части едят?»

И вдруг: не мираж ли, не миф ли —

Какое-то судно идет!

К биноклю все сразу приникли,

А с судна летел вертолет.

…Окончены все переплеты —

Вновь служат, – что, взял океан?! —

Крючковский, Поплавский, Федотов,

А с ними Зиганшин Асхан!

1960

«Пока вы здесь в ванночке с кафелем…»

Пока вы здесь в ванночке с кафелем

Моетесь, нежитесь, греетесь, —

В холоде сам себе скальпелем

Он вырезает аппендикс.

Он слышит движение каждое

И видит, как прыгает сердце, —

Ой, жаль, не придется вам, граждане,

В зеркало так посмотреться!

До цели всё ближе и ближе, —

Хоть боль бы утихла для виду!..

Ой, легче отрезать по грыже

Всем, кто покорял Антарктиду!

Вы водочку здесь буздыряете

Большими-большими глотками,

А он себя шьет – понимаете? —

Большими-большими стежками.

Герой он! Теперь же смекайте-ка:

Нигде не умеют так больше, —

Чего нам Антарктика с Арктикой,

Чего нам Албания с Польшей!

<1961>

Татуировка

Не делили мы тебя и не ласкали,

А что любили – так это позади, —

Я ношу в душе твой светлый образ, Валя,

А Леша выколол твой образ на груди.

И в тот день, когда прощались на вокзале,

Я тебя до гроба помнить обещал, —

Я сказал: «Я не забуду в жизни Вали!»

«А я – тем более!» – мне Леша отвечал.

И теперь реши, кому из нас с ним хуже,

И кому трудней – попробуй разбери:

У него – твой профиль выколот снаружи,

А у меня – душа исколота снутри.

И когда мне так уж тошно, хоть на плаху, —

Пусть слова мои тебя не оскорбят, —

Я прошу, чтоб Леша расстегнул рубаху,

И гляжу, гляжу часами на тебя.

Но недавно мой товарищ, друг хороший,

Он беду мою искусством поборол:

Он скопировал тебя с груди у Леши

И на грудь мою твой профиль наколол.

Знаю я, своих друзей чернить неловко,

Но ты мне ближе и роднее оттого,

Что моя – верней, твоя – татуировка

Много лучше и красивше, чем его!

1961

Я был душой дурного общества

Я был душой дурного общества,

И я могу сказать тебе:

Мою фамилью-имя-отчество

Прекрасно знали в КГБ.

В меня влюблялася вся улица

И весь Савеловский вокзал.

Я знал, что мной интересуются,

Но все равно пренебрегал.