Дурнушка для хама

Хорошо голова работает.

– Главное Толик в безопасности, – отмахнулась та, – он за себя постоять не сможет. Изнеженный. А у меня всегда есть варианты.

– Эт даа, – согласился Черт.

Дальше они ехали молча. В квартире оставаться рискованно. Хотя комплекс охраняемый, все равно. Да и не хотелось. Пришло время праздновать. Лариса быстро забежала домой, переоделась в короткое платье, мазнула по лицу тональным, а сверху блестяшки, и как тени, и как хайлайтер.

Мишка ждал в машине. По дороге она позвонила хозяину автоцентра.

– Ты знаешь что у меня машина сломалась? – начала она без предисловий, сразу в лоб.

– Таак… – настороженно прозвучало на другом конце провода.

– Да, именно, – перебила его Лариса, – новехонькая, с твоего салона. За кучу черного нала. Но это не самое интересное, – предвосхитила его реплику она, – мне не дают подмену, не говорят что случилось, ничего. Я даже эвакуатор сама вызывала!

– Понял, – коротко ответил тот, – жди машину к утру на своем парковочном месте у дома.

– Спасибо, – тут же сменила тон девица, – сотрудничество с тобой это всегда полная уверенность.

– Лисаа, – расплылся тот.

Лара повесила трубку. С машиной решили. Охрана завтра с утра приступит к работе. А сегодня с Чертом можно от души выпить. Он со своими пацанами отвадит одним своим видом бандюков.

Текила лилась рекой, как и другие крепкие напитки. В этой компании никто не баловался пивком и слабоалкогольными коктейлями.

Они выбрали маленький, камерный бар, в центре Питера много таких. Уже пьяненькая Лара выложила Мишке свои сокровенные планы. Тот одобрительно икнул и еще разок накатил. За сбычу, конечно же. Завибрировал телефон. Толик. Конечно, волнуется, чувствует себя виноватым.

Девушка махнула рукой в сторону туалета.

К брату своего первого мужчины она относилась сдержанно. Вот с Сережей было все понятно. Они друг другу подходили отлично. Цепкие, сильные. Резкие-дерзкие, говорил про таких Черт. Анатолий совсем другой. Он не то что слишком добрый, просто какой-то вялый, несобранный, беспомощный.

Так что крепких и внятных отношений с ним не срослось, но сочувствие имелось.

Вот и сейчас он не понимал, зачем звонит.