Маленький клоп. Роман о дружбе

Это тип мачо, понимаете?

– То есть, если девушка за себя платит, значит, он неполноценен как мужик?

– Да. Понимаете сами. Сама за себя заплатить не могу – он замкнется, закомплексует. Они, эти усатые мачо, и так закомплексованы донельзя. А ему позволить платить тоже не могу – мало ли что за история. Обычно такой тип старается играть в великодушие, а на деле думает, что если он купил кому-нибудь дешевенький стакан пломбира, то ему за это должны чуть ли не жизнь свою отдать.

– Так зачем же вы ввязались, если сразу было видно, что это за фрукт?

– А я вообще стараюсь не отказываться от клиентов.

Тем более – на отдыхе обычно скучновато.

Да уж. Теперь ты, рыжик, не соскучишься.

– И что же дальше?

– Почти что ничего. Он предложил взять лодку у знакомых. Это можно – если он не платит деньги, значит, ты перед ним не одолжаешься.

– То есть в кафе сидеть опасно, а залезть вдвоем в какую-то там лодку и уехать шут знает куда – не опасно?

– Не опасно. Понимаете, такие типы не обидят женщину.

Ну, напрямую не обидят. Зато в лодке создается атмосфера доверительности. Это очень важно.

Атмосфера доверительности. Ха-ха-ха.

– Так вот. Заканчиваю. Только мы отъехали, только он начал говорить, как что-то пропищало. Тихонько так пропищало. Он ойкнул, схватился за локоть, сказал что-то про комаров, которые даже на море достают, а после стал заваливаться на бок. И все. И умер. Я – сразу же в море. А тут вы.

– Ну да. Мне тоже повезло сегодня. Так чего же вы хотите-то?

– Мне так неловко.

Вы уже вчера мне помогали…

– Молодца! Сейчас самое время обсуждать вашу неловкость. Поразительное чувство ситуации.

– Какой вы все-таки великодушный человек!

Что это? Комплимент или диагноз, учитывая рыжиковскую профессию?

– Я хочу вас попросить об одной вещи. Сейчас мы выплывем на берег – разумеется, порознь. Я пойду звонить в милицию, а вы бегите в город и купите фотоаппарат. Какой-нибудь получше, подороже, я потом все оплачу.

Время у вас есть. Пока милиция приедет, пока его на берег вытащат… Тут, разумеется, толпа зевак. И вы в толпе – как будто бы обыкновенный отдыхающий. И сделайте как можно больше фотографий трупа.

– Что, на память о счастливом лете?

– Вы вообще не можете не ерничать? Во-первых, я его получше рассмотрю. Ведь по чертам лица можно узнать довольно многое о человеке, а в жизни я могу их разглядеть только на расстоянии в десять – двенадцать сантиметров.