Дом проблем

И на сей раз Мастаев поднялся на второй этаж, и почему-то до этого он редко при Кныше заикался, а на сей раз даже поздороваться толком не смог, но когда его прорвало, он ляпнул:

– Что за видения вокруг?

– О-о, Мастаев, похвально! Наконец-то ты прозрел. Вообще-то всё это больное воображение. А мы твердые и непреклонные атеисты, и всякую мистику, тем более суеверия, должны с пролетарской решительностью отметать… Вот, будешь уходить, посмотри ещё раз и поймёшь, что это были галлюцинации, а может, фантазия… Впрочем, – он закурил папиросу, – как и наш «Образцовый дом», «Дом Политпросвещения» тоже строили пленные немцы, могли что и учудить… Однако нам не до этого.

Садись. Дела не ждут – почти час Кныш разъяснял Вахе современное состояние в мировой политике. Под конец спросил:

– Товарищ Мастаев, вы поняли? Повтори!

Мастаев стал заикаться.

– Вот видишь, – Кныш разозлился, встал. – У тебя в голове сумбур! Из-за этой любви к гражданке Дибировой ты потерял всю пролетарскую бдительность. И мало того, что ты совсем не интересуешься политикой – ты, так сказать, флагман социалистического строительства, вдобавок, снизил производительность труда, стал даже в одежде подражать этим сынкам буржуазных веяний, и мало того, ты стал пропагандировать нехорошую музыку! И где? В «Образцовом доме»!

– А разве классика – плохая музыка? – вырвалось у Мастаева.

– В том-то и дело, что хорошая. Она заставляет задуматься, мечтать, верить. А зачем это в массы? Массам нужен хлеб и попса, – я тебя люблю – ля-ля-ля, ты меня люби – ля-ля-ля.

Понял? В Москве новые веяния – перестройка, гласность, свободные, альтернативные выборы на всех уровнях. Надо узнать, чего поистине хочет народ после стольких лет советской власти?

– А для чего?

– Чтобы выверить курс, – Кныш вновь закурил. – Поэтому, раз свободные, так сказать, демократические выборы, тьфу, ну и слово выдумали… Ну, да ладно, ещё подавятся своей «демократией» и будут нашу рабоче-крестьянскую власть вспоминать!.. Так, о чём я? А, да, о выборах.

Выборы – свободные, действительно, свободные. Поэтому никакой пропаганды и агитации. Мы покидаем эту секту, … тьфу, чёрт, ты накаркал, – эту секцию и перейдем на первый этаж, «Общество «Знание», – он указующе вознёс палец. – Пошли.

Кроме пачки папирос и спичек Кныш даже бумажки не взял. Они спустились на первый этаж, открыли дверь в «Общество «Знание» и сразу перед глазами огромный лозунг «Знание – Сила!».

– Вот это редкая правда на земле, – постановил Кныш.