Отель Фламинго

Заодно и от армии отбояришься!” Я подумал: “Хорошая идея! Молоток, Костян!” Пожал другу руку, обнял Шурика, мамку с бабкой поцеловал и рванул в Питер. Самым сложным из экзаменов в академии (называется она Академия Макарова) была медкомиссия. После неё половину у нас отсеяли. Но я, слава Богу, здоровый и крепкий с детства. Приняли они меня, в общежитии поселили, и стал я на моряка учиться, сценарики свои тихонько пописывать и за английский тоже сел… только до сих пор никак с ним не подружусь. Ну вот… значит… Дождался я преддипломной практики и поступил в одну израильскую компанию на торговое судно.

Вот тогда-то и началось самое интересное – жизнь моряка, так сказать! Наша компания определяла маршрут, и мы по нему ходили. До сих пор помню: Шанхай – Бусан – Иокогама – Осака. Потом двадцать один день плыли через Тихий океан, проходили через Панамский канал и стояли там в порту Колон. Там, как мне морячки опытные рассказали, есть бордель “Хот Палас”, замаскированный под ночной клуб, и девочки колумбийские работу свою там делают с удовольствием. Ну я, сам понимаешь, туда тоже заглянул: моряк же! Только про сценарики свои я не забывал. Они у меня после таких морских впечатлений ещё живее стали – не хуже Спилберга! Жизнь моряка мне нравится, но сердце-то всё равно к кинематографу лежит. Так уж у меня с детства. После Колона был порт Кингстон (это на Ямайке, где Боб Марлин родился), а потом была она сама – Америка! Сначала мы прибыли в Тампу, потом в Мобиле, а за ней был Хьюстон. Вот там-то в Хьюстоне я… (об этом надо шёпотом), там-то я и сбежал… Все свои пожитки, документики и сценарики взял и сбежал. До сих пор помню, как ехал я поздней ночью из Техаса в Калифорнию на каком-то автобусе. На нём борзая была нарисована. Мест не было. Сидел на полу, яблоко грыз. Прибыл я в Голливуд на следующий день. Погода стояла хорошая, жаркая, солнечная: дело-то этим июлем было. Я весь день бегал по Аллее Звёзд, на знак Голливудский пялился, а прохожие пялились на меня: я ведь даже тельняшку свою снять забыл! К вечеру опомнился и жильё искать пошёл. Вот так я и очутился в голливудском отеле на Хайлэнде. Здесь тогда койка была свободная и дешёвая. На следующее утро принял я душ и решил себе работу искать. Просто шёл вниз по Хайлэнду и к речи людей прислушивался: вдруг да и русские слова где уловлю или нашего в толпе замечу… и действительно заметил! Мы от иностранцев взглядом отличаемся. У нас какая-то влажная искорка в глазах, задоринка какая-то.