Здрасьте, а Саша выйдет?

– Что делаешь?

– Бабушку жду.

– Откуда?

– Мы сейчас с ней на базар пойдём за вкусным.

– А мы не ходим на базар, потому что мама не любит там покупать, говорит, что тащить далеко.

– А бабушка говорит, что там самый дешёвый хлеб и крупа.

– Зато самый вкусный – на остановке!

– Да. Но дорогой.

– Садись, – предложил я.

– Ага, – уселся он справа. – А ты кого ждёшь?

– Я-то? Никого не жду. Просто сижу.

– А что там за дверь у вас? – спросил Денис.

– Это подъезд мой, я тут живу.

– Нет, – он посмотрел в мой подъезд и пальцем указал внутрь.

– Не знаю, – посмотрел я вглубь подъезда, – может быть там…

– Что?

– Не знаю. Надо у отца спросить.

– Там наверное у вас подвал, как у нас. Только у нас дверь в другом месте. А там внутри сараи. Только почему-то у вас дверь открыта, а у нас всегда заперта. Бабушка там хранит картошку в большом ящике и соленья. Помидоры, огурчики, и кабачковую икру, и грибочки. А вы что храните?

– У нас нет сарая.

Ден встал с лавочки и зашёл в подъезд. Загадочная дверь открывалась внутрь. На ней отсутствовали ручка и замок. Надо признать, эта дверь видывала лучшей жизни. Кроме пыли и ржавчины по нижней части, она была покрыта многочисленными вмятинами и царапинами, а в области навесного замка всё было изуродовано и продырявлено.

– Давай откроем? – предложил я.

– Страшновато, – Ден отшагнул назад.

– Давай тогда толкнём и отбежим?

– Палкой может быть?

– Хорошо, сейчас.

– Длинной! – кричал мне вдогонку Ден.

Я побежал во двор в поисках подходящего инструмента, рыская по кустам.

– Иди сюда! – закричал мой новый друг, и я вернулся.

В руках его была обыкновенная деревянная швабра, которую я не заметил в углу подъезда.

– Погоди, Саша, дай я отойду немного.

– Боишься?

– Не то чтобы очень, но не хотелось бы сильно испугаться. Сам понимаешь, нам ещё на базар ехать.

– Отходи! – громко скомандовал я и толкнул шваброй побитое полотно.

Дверь отворилось до упора и с силой ударила о стенку обратной стороной. На мгновение в тёмный коридор проникли лучи солнца, подсветив узкий проход с лестницей. Она вела вниз на один пролёт, а затем поворачивала налево. Стены были густо покрыты серой пылью, чем-то чёрным, и ещё мне удалось лишь разглядеть надпись из двух красных букв – «АД».

Дверь медленно закрылась обратно, выдавив наружу смрадный влажный воздух подвальных помещений.