Монпансье

Она рассказала, что у неё новый шеф и что очень переживает, так как он её может уволить, – кому нужна секретарша предшественника? Но тут в разговоре выяснилось, что он хочет научиться петь, а если она найдёт ему суперучителя, он же не будет её увольнять из чувства благодарности.

– Ладно, приводи своего начальника, посмотрим, – ответила Настя и положила трубку.

В субботу Маша привела к Анастасии на прослушивание Льва. Он был статным, улыбчивым и всё время подшучивал, на вид ему было года 43–45, стройный, седина уже коснулась его волос, но это его не портило.

Анастасия Валериановна посмотрела строгим взглядом и сказала: «Ну что же, подходите к инструменту. Маша, ты можешь идти», – привычным тоном учителя она всем выдала задание.

Лев улыбнулся, но послушался. Стоя у пианино, он выполнял всё, что она говорила: мычал, странно фыркал губами, но подчинялся, ведь все эти задания ему давал педагог, он не придумывал их сам.

Класс в региональном институте культуры выглядел стандартно убого: голубые стены, зеркало с проступающей патиной, мебель из разных комплектов, металлическая вешалка, приколоченная к стене, а гардина без занавески как бы завершала всю картину, ставя жирную точку. Плюсом этого помещения была шикарная акустика, обеспеченная высокими потолками, и большое окно с широким подоконником.

Во время занятий Лев не понимал, что от него хочет Анастасия Валериановна. Он не пел, в большинстве случаев он кричал. В первую очередь надо было научить его правильно дышать и не форсировать звук, нужно было делать упражнения, но он хотел побыстрее начать петь. Через месяц занятий Лев пришёл и сообщил, что им надо выучить песни: «Милая», «Зеркала» и «Они знакомы давно», так как с одной своей знакомой он запланировал их записывать в конце ноября.

Анастасия поинтересовалась, что за знакомая, профессионально ли она поёт, и где они будут записывать песню.

– Ну что же, не знаю, как вы их споёте, но учить начнём, – ответила Настя.

Занятия шли тяжело, Лев, будучи большим начальником, часто опаздывал, и Настя пригрозила, что не будет с ним заниматься. Понимая свою вину, Лев решил подвезти учительницу после занятий домой.