Волга-матушка река. Книга 1. Удар

Вот это ученик. Да, – несколько раз повторил академик. – Ну, а где орошаемый участок?

– Сюда, влево, – почему-то сразу погрустнев, ответил Лагутин. – Надо ли вам туда?

– Надо! – закричал Назаров. – Пусть разругает. Пусть отвернется от нас учитель! Но надо! Надо!

– А я полагаю, сначала давайте на Докукинскую дачу, – вмешался Любченко, намеренно поддерживая Лагутина, понимая, что тот не хочет показывать академику поливные поля.

– Нет уж. Чего уж. Раз подъехали, посмотрим, – проговорил Иван Евдокимович.

 – Посмотрим, а потом на Докукинскую.

И вот перед ними в окружении вековой целины – дна бывшего моря – больше тысячи гектаров орошаемой земли. В полупустыне орошаемый участок, и рядом такие огромные запасы воды. Но… но почему здесь так глухо, безлюдно?

– В чем дело? – спросил академик. – Напоминает что-то заброшенное… как проклятое место. Кому принадлежит земля?

– Госфондовская, – осторожно ответил Назаров, боясь снова попасть во «вредители».

– Ну а кто пользуется ею?

– Семь колхозов, – скороговоркой ответил Назаров, надеясь, что академик не поймет нелепости, но тот прямо и грубовато сказал:

– Глупо.

Все равно, что лучшую рекордистку корову передать семи дояркам: непременно испортят. И тут: плоды с поливных участков собрали и восвояси… Даже шалашей не построили.

– Да ведь и плодов-то не собрали, – чуть не плача, прокричал Назаров. – Как хотите, отворачивайтесь или не отворачивайтесь от меня, а скажу: горим. Озимую пшеницу посеяли.

С осени была хороша, весной была хороша… Еще бы, в рост человека выросла… Поливали. Залили… А колос оказался пустой.

– Какой сорт? – спросил академик.

– Ваш сорт.

– Ну и?

– За шесть дней суховей высосал зерно.

– Так-так-так, – пробурчал академик. – Постойте тут, а я посмотрю… один… – и зашагал вдоль канавы, удаляясь все дальше и дальше. Он шел, то и дело нагибаясь, ковыряя пахоту, черпая ее пригоршней, рассматривая и бросая землю, затем снова шагал, окутанный маревом, вырастая не то в глыбу, не то в копну: таков здесь степной мираж.

Вскоре академик вернулся и произнес:

– Обманщики!

Назаров понял: академик увидел, как быстро идет процесс засолонения земли на участке, и хотел было спросить, как бороться с этим неожиданным бедствием, но, испугавшись того, что снова может попасть в «обманщики», только шепнул Любченко:

– Давай на Докукинскую. Там, может быть, отмякнет: дед его садил дубраву.