На пути к звёздам…

Он встал, привычным жестом пригладив всклокоченные волосы, и зябко поёжился. Мельком глянув в окно, направился было к стулу, на котором была сложена его одежда, но вдруг замер с выражением крайней степени ошеломлённости и метнулся к окну.

Едва Эви задремала (а сделать это после посещения Лорена ей долго не удавалось), как в коридоре раздался топот, и через несколько секунд дверь в её комнату раскрылась.

– Эви, вставай немедленно… – Максвелл энергично потряс её за плечо, попутно застёгивая рубашку. – У нас новый жилец… – он сунул в протянутую руку Эви трость.

 – Быстрее…

Едва Эви встала с кровати, как Максвелл практически выволок её в коридор и потащил за собой, крепко держа за локоть. Едва успевая переставлять ноги, Эви сбежала за Максвеллом вниз по лестнице, и сама не поняла, как за пару секунд смогла пересечь прихожую.

– Я к Ковелине… – открыв входную дверь, Максвелл буквально вытолкнул Эви наружу. – Позови его… – он пулей бросился в сторону гостиной.

Запнувшись о порог, Эви чуть не упала, вытянув руки перед собой, но кто-то в последний момент придержал её за плечи.

Немного придя в себя, Эви чуть отошла назад.

– Ты в порядке? – голос был совсем незнакомый.

Эви не успела ответить, так как из дома вышли Максвелл и Ковелина.

– Ранняя же Вы пташка, – с мягкой улыбкой произнесла Ковелина, глядя на нового жильца. – Добро пожаловать домой…

* * *

Максвелл прибывал в состоянии эйфории, что было редкостью для него. Как первый увидевший нового жильца, он был в праве дать ему имя.

По правде говоря, Максвелл давно хотел одарить кого-то именем, потому придумано оно было задолго до появления его обладателя – Кори.

Итак, Кори сидел напротив Максвелла в кресле с несколько растерянным видом. Он был среднего – практически одного с Эви – роста, по-подростковому нескладный, но довольно крепкий и жилистый. Всклокоченные волосы чайного цвета едва прикрывали немного торчащие, заостренные сверху уши. Больше всего места на лице занимали круглые, широко расставленные глаза с длинными ресницами, ярко голубая радужка походила на испещренное трещинами стекло.

Чуть вздернутый нос покрывали мелкие веснушки, а широкий рот с двух концов был ограничен заедами. Но в целом внешность Кори была скорее приятной, нежели отталкивающей.

– Сколько тебе лет? – поинтересовалась Ковелина.

– Шестнадцать – сразу ответил Кори, покосившись на Эви.

Она сидела около Максвелла, постукивая указательным пальцем по рукоятке трости.