Пока смерть не разлучит нас

Я сошел на берег, и поле моего зрения сразу же сузилось: теперь я мог видеть лишь тех, кто сгрудился на берегу и отходящей от него улице. Едва ударили в колокола, как все они повернулись и дружно зашагали в сторону рынка. Я пошел вместе с толпой, толкаясь среди холостяков, одетых кто в бархат, кто в дешевый коленкор, среди голых, фантастически размалеванных дикарей, среди юнцов, все достояние которых ограничивалось надетым на них платьем, и топча табак, которым жадные до наживы горожане засадили даже улицу. На площади я остановился перед домом губернатора и очутился нос к носу с мастером Пори[16 - Пори, Джон (1572—1636) – английский администратор, путешественник и литератор.

В конце 1619 г. отправился в Виргинию в качестве секретаря ее губернатора сэра Джорджа Ирдли. В Виргинии был первым спикером Палаты депутатов. В 1620 г. исследовал Чезапикский залив. Один из первых английских журналистов.], секретарем колонии и спикером нашей Палаты депутатов.

– А, Рэйф Перси! – воскликнул он, кивнув мне седой головой.

 – Я вижу, из всех молодых джентльменов округи только мы двое сохранили здравый рассудок! Все остальные посходили с ума!

– Я тоже не избежал поветрия, – сказал я, – и встал в ряды полоумных.

Он ошеломленно уставился на меня, потом разразился хохотом.

– Вы что же это, серьезно? – спросил он, держась за свои толстые бока. – Неужели и Саул во пророках?[17 - Саул (XI в. до н. э.) – основатель Израильско-Иудейского царства. В Ветхом Завете – правитель, ставший неугодным Богу. «Неужели и Саул во пророках?» – цитата из Ветхого Завета.

]

– Да, – отвечал я, – вчера я загадал «да или нет» и бросил кости. И на них – чтоб им пропасть! – выпало «да».

Мастер Пори опять залился смехом:

– Нечего сказать, хороший свадебный наряд вы для себя выбрали! Ведь сегодня пастухи и те щеголяют в ярких шелках.

Я опустил глаза и, взглянув на свои изрядно поношенные камзол и штаны из буйволовой кожи, на сапоги, которые я так и не удосужился почистить с тех пор, как на прошлой неделе, возвращаясь из Хенрикуса, завяз в болоте, пожал плечами.

– Плохо ваше дело, сколько бы вы ни увивались возле девушек, – продолжал наш спикер, вытирая выступившие на глазах слезы, – ни одна из них на вас даже не взглянет.

– Что ж, в таком случае они так и не увидят настоящего мужчину, а одних только хлыщей, – отрезал я. – А я не слишком огорчусь.

Тут из толпы послышался приветственный рев, затем раздался колокольный трезвон и еще оглушительнее – дробь барабана.