Царь горы

Серафима устроиться на работу в гарнизонной школе не смогла – свободных вакансий не оказалось. В единственном на весь военный городок детском саду места для Леночки тоже не нашлось. Дочь часто простывала в сыром белорусском климате и нуждалась в особом внимании. Поэтому Серафима всё своё время и всю свою нежность без остатка отдавала ей. Борисов относился к некоторому охлаждению супруги с пониманием, ведь и сам он был сосредоточен на службе и карьере.

Так продолжалось без малого четыре года.

Борисов получил капитана и готовился заменить Третьякова на его должности.

Самого майора должны были вот-вот забрать в политотдел авиационной дивизии на повышение.

В конце февраля восемьдесят третьего года Третьяков отправил Борисова вместо себя на пятидневные сборы замполитов частей округа в Минск, чтобы набирался опыта, который пригодится ему в перспективе.

Сборы были насыщенными: строевой смотр, сдача зачётов по уставам Вооружённых Сил и нормативным документам, стрельбы и физическая подготовка, методические занятия…

На третий день, прямо с лекции по международной обстановке, дежурный по окружному Дому офицеров экстренно вызвал Борисова к телефону.

– Из вашей части звонят, товарищ капитан, – предупредил он, когда Борисов спустился в комнату дежурного.

– Виктор, здравствуй! – Борисов узнал голос Третьякова.

– Здравия желаю, товарищ майор! – весело отозвался он. – Разрешите доложить? Сборы проходят согласно плану…

– Виктор, тебе надо срочно вернуться в гарнизон! – оборвал его Третьяков.

– Что-то случилось?

– С политуправлением я всё решил. Выезжай немедленно! – В трубке раздавалось потрескивание, шуршание, щелчки – шумы, которые обычно сопровождают связь между армейскими коммутаторами.

– Алло, алло, товарищ майор, я вас не слышу! Что случилось?

Наконец снова раздался голос Третьякова:

– Выезжай срочно! Всё узнаешь по приезде! – И короткие гудки.

Борисов подошёл к полковнику из политуправления, курировавшему сборы, и сообщил, что его вызывают в часть.

Полковник поморщился и, поворчав, что сборы проходят раз в году и участие в них обязательно, разрешил ему убыть к месту дислокации. Борисов забрал свои вещи из казармы Минского политического училища, где размещались участники сборов, и отправился на вокзал.

На первом проходящем в сторону Гродно поезде он за четыре часа доехал до Щучина и на привокзальной площади успел заскочить в отъезжающий рейсовый автобус до гарнизона.