Перекати-моё-поле

До лесного озера, а оттоля по дороге или назад – сколь наломаем.

Уже через минуту рядом не было ни Симки, ни Вити. А Федя сказал:

– Ты, парень, далеко не уходи – заблукаешься. Аукаться станем… А друг за другом шастать негоже.

Я не ответил. Меня уже охватило грибным азартом, и в то же время благодарность Феде так и сдавила мне горло. Не прошли и двадцать шагов, как я нашел сразу три гриба рядом.

– Федя! – кричу. – Нашел! – И в обнимку с грибами к Феде. – Вот!

– Ну, парень! Три белых!.

. Ехор-мохор, поглянь там еще – белые семьями сидят… Да не кричи зря, не рыскай, – проворчал Федя.

И я понял: зря не кричал и не бегал. И вскоре меня охватил такой азарт, что я вообще забыл, с кем пришел в лес.

Солнце уже поднялось над миром и текучими искрящимися лучами высвечивало ликующий лес. Крупные птицы, как цыплята, бегали и порхали по лесу. То слева, то справа куковала кукушка. Где-то рядом звучно долбил дятел. На листьях травы искрились капли росы – алмазная россыпь!

Я метался из стороны в сторону, боялся пропустить грибы.

Но грибов попадалось почему-то мало. И я решил, что мои друзья, пожалуй, набрали уже по полкорзины. Огляделся – никого вокруг, тихо – и оробел.

– Федя! – пронзительно, во все горло закричал я.

– Чего ты? – неожиданно в нескольких десятках шагов от меня отозвался мой поводырь.

И я засмеялся – Федя рядом!

– Ты уже много набрал? – кричу ему.

– Много, полкорзины…

Изумленный, я подбежал к нему – в его корзине было с десяток грибов.

– Ты что брешешь?

– А ты что блажишь? Ехор-мохор, зри! – и Федя точно у меня из-под ног поднял пузатенький гриб. – Ты, парень, не кричи. Не то ведь и грибов не наломаем… Разбегутся! – крикнул и пошел с корзиной на локте, степенный и хозяйственный мужичок.

Начал и я искать грибы: заглядывал под кусты, под ветви елей, осматривал со всех сторон кочки и пни, приседал под листья высокого папоротника – и гриб пошел. Как потом оказалось, я даже рыжиков несколько срезал, не догадываясь, что это за гриб! А уж как мне понравились лисички – глаза разбегаются! Кроме сыроежек и подосиновиков, вовсе не зная грибов, я клал в корзину все подряд.

И светло и радостно было на душе, я даже не боялся заблудиться, хотя каждые несколько минут кричал:

– Э-гей!

– Ого! – отзывался невидимый Федя.

И вновь деревья, солнце, мокрые ботинки и грибы на тонких и на толстых ножках.