Маленький детектив

– Может, сказаться больным, в моем возрасте никто не удивится, а когда все разъедутся, отправиться в выбранном направлении?

– Даже не думай об этом! – Хильда сделала жест, каким египетские женщины отгоняют зло. – Только заговори о болезни, как она привяжется. Тут должно быть какое-то другое решение.

– Какое? – Питри казался подавленным.

– Пока не знаю.

– Я думаю, что ошибкой было возвращаться в Лондон, если бы не ты, дорогая, я так бы и сидел теперь на той стеле, а теперь ее может найти кто угодно, и открытие будет принадлежать ему, в то время как совершил его я!

– Тогда расскажи обо всем в Университете, дай интервью журналистам.

Питри сокрушенно замотал головой.

– Не могу, дорогая, мы же сто раз уже это обсуждали. Для того чтобы делать объявление, я должен точно знать, что я нашел, или хотя бы иметь возможность развить какую-нибудь правдоподобную теорию, короче, если бы я не вернулся в Лондон, а остался там, сейчас уже смог бы…

– Получить очередной солнечный удар, который, вполне возможно, закончился бы не так легко, как предыдущие.

– Твоя правда. Но что же делать? – Питри взял с тарелочки миндальную лепешку и целиком засунул ее в рот.

– А если сделать вид, будто у тебя что-то украли? И теперь ты не можешь двинуться в путь, пока идет следствие?

– В музее? Ни в коем случае! – Питри поднялся и прошелся по комнате. – Среди моих коллег есть люди со слабым сердцем. Они не выдержат такого надругательства над нашими фондами.

– А если дома?

– У нас дома? – Глаза Питри загорелись. – Ты хочешь сказать, мы разыграем похищение?

– Ну да. Эта вещь спокойно полежит дома у кого-нибудь из твоих друзей, кого мы посвятим в наши планы. А потом подкинем эту вещь в Университет или к нам же на крыльцо. Расследование закроют, но к тому времени все, кто собирался уехать в Египет, уже будут там, и мы…

Осталось только выбрать, что именно из моих сокровищ покинет этот дом? – Питри задумался.

Глава 2. Фея-крестная

За два года до описанной выше сцены.

Октябрь 1925 года

Побег не состоялся. Сторож поймал Люси на крыше, когда та, закрепив веревку на трубе, добралась до края и уже намеревалась начать спуск вниз. В схватке с преследователем она сломала ноготь и теперь обкусывала его, давясь слезами и злобно поглядывая на дверь директорского кабинета, где ее заперли.