Чертог лисы

После смерти Пелагеи Герасимовны Катя стала единственной, кто искренне поддерживал подругу, достойно выдерживая игнор, или же, напротив, полуночные звонки со слезами и истериками.

Сегодня, после молчания, продлившегося почти месяц, Лиза решилась на звонок.

– Привет, Катюш… – уставшим голосом поздоровалась Елизавета.

– Здравствуй, родная, знала, что на днях позвонишь, ведь полгода на исходе…

– Твоя проницательность меня всегда пугает.

– Ну, значит, не зря ем хлеб психолога.

– Спасибо, терпимо, но как подумаю, что придется покинуть любимый дом, так сердце стучать отказывается.

– Лиз, я тебе уже говорила: бабушка сама просила продать дом и купить новое жилье. В конце концов, ты же не обманула старушку, не обокрала, а смена обстановки обязательно пойдет тебе на пользу.

– Думаешь?

– Не думаю, а знаю, поверь моему опыту. В этих стенах тебе все напоминает о потере самого близкого человека.

– Давай не будем о грустном. Я понимаю, далеко не все мужики – похотливые самцы, способные на надругательство над женщиной, но в наше время рыцарей нет – доезжают только кони.

В попытках сдержать нарастающий гнев, подруга шумно вздохнула.

– Ты плохо искала, поэтому и не встретила еще "того самого".

Они проговорила больше часа, и Екатерине все же удалось объяснить Лизе, что продажа дома не есть предательство по отношению к бабушке, но это шанс изменить жизнь, и уже на следующей неделе девушка приступила к оформлению необходимых документов. Спустя некоторое время Елизавета уладила бумажные дела и купила квартиру. «Вторичка» встретила новую хозяйку весьма потрепанной обстановкой.

– Ну, что ж, это мы с тобой исправим, – обратилась девушка к «двушке».

Вскоре вынужденный ремонт начал отвлекать Лизу от грустных мыслей, особенно в те дни, когда к ней на выручку приезжала Катя и помогала не только клеить обои и прикручивать плинтусы, но и «латала» искалеченную душу Лизы. Общее дело настолько сплотило девушек, что теперь Лиза все чаще пропускала тренировки по тайскому боксу ради встреч с подругой.