Записки по утрам

И что самое любопытное – обыкновенно получается либо эротика, либо порнография. И лично он не может назвать автора, у которого вышло нечто реально художественное.

* * *

Как-то один коллега в пресс-центре «Кубка Кремля», глядя на моё обращение с компьютером, шутливо заметил:

– По-моему, у тебя с этой штукой вполне возможны интимные отношения.

– Неправда! – серьёзно парировал я. – Хотя бы потому, что у меня стойкая гетеросексуальная ориентация.

* * *

Начало 80-х. Советская интеллигенция о «переменах» ещё только мечтала.

– Моя кровь – нечто вроде гремучей смеси. Поэтому с гордостью отношу себя к национальности, которая называется «сам по себе».

Думаю, что так могут сказать большинство россиян, в том числе и те, кто рвёт на себе «последнюю» рубаху и говорит исключительно националистическими лозунгами.

* * *

Однажды я случайно подслушал, как одна моложавая дама рассказывала другой моложавой даме о собственном муже. Тот в свои пятьдесят с гаком удивлял близких и друзей тем, что всё свободное время посвящал занятиям гимнастикой.

– Я тоже удивлялась, – сказала дама, – пока не застала мужа, когда он сам себе делал минет…

* * *

В нескольких сотнях шагов от моего дома располагается мотель «Ольгино». В советские времена это было моё любимое место, где в баре или ресторане я отвлекался от тягот обыденного существования.

Чаще всего заходил в бар «под лестницей». Там за барной стойкой меня встречал улыбающийся полноватый мужчина лет под тридцать в чёрном фартуке с вышитой поперёк надписью «Володя». Над головой Володи висело предупреждение «Персонал чаевых не берёт».

Я заказывал бутылку «Рябины на коньяке», кусок мяса гриль с жареным картофелем, бутылку Pepsi и чашку кофе. Стоило всё это советское великолепие ровно четырнадцать рублей. Я давал пятнадцать и отказывался от сдачи.

Частенько в баре я наблюдал молодую красивую женщину. Как я правильно понимал, она успешно подрабатывала в мотеле на карманные расходы да заодно дополучала то, что недополучала от мужа.

Однажды утром «молодая и красивая» возвращалась домой. Управляя новеньким красным «жигулёнком», не вписалась в поворот. Врезалась в телеграфный столб как раз напротив нашего дома. И разбилась насмерть.